ЗООИНФОРМ-СИТИ
zooinform.ru
ЗООИНФОРМ-СИТИ
Мой друг собака
Звездные питомцы
Вход для зарегистрированных пользователей
ЗАРЕГИСТРИРОВАТЬСЯ
Войти через
НАВЕРХ
Питомники

Доска объявлений
Пропала собака

Пропала собака (кобель) породы ягдтерьер в районе ул. Тигровая (Владивосток). Скорее всего была украдена. Может находиться в любом центральном районе – в центре, на Эгершельде, в районе Первой речки. У собаки на правом ухе имеется клеймо, есть укусы на правом ухе и небольшой шрам на верхней части головы. Кто владеет какой-либо информацией, просим срочно обратиться по номерам 8 (924) 240-5953 и 8 (924) 240-5954!!! Пожалуйста, верните собаку – члена семьи! Ребенок очень сильно переживает и плачет.

Контакты:

8 (924) 240-5953 и 8 (924) 240-5954

Найдена собака

Посмотрите в эти глаза! Быть может Именно Вас ждет этот очаровательный мальчик!? Самый нежный и ласковый кане корсо Ричард волею судьбы оказался в приюте. Приезжайте с ним познакомиться! С первых секунд общения Ричик покорит вас своим обаянием, жизнерадостностью и оптимизмом. И вот уже кажется, что вы всю жизнь знаете друг друга..просто были в отъезде и успели так сильно соскучиться, что больше никогда надолго не расстанетесь. Мальчик очень общительный, контактный, подвижный, безумно любит играть и быть во внимании. послушен, знает команды, приучен к езде в автомобиле. Хорошо с детьми. С кобелями не дружит. Однажды потерял своего единственного хозяина… До сих пор сильно тоскует в одиночестве и остро нуждается в надежной хозяйской руке. Украдите Ричарда у одиночества! И Он станет Вам верным другом и надежным телохранителем, подарит всю свою нерастраченную любовь и будет предан до последнего вздоха. Взамен ничего не попросит: только бы снова стать Нужным: изо дня в день гордо шагать рядом с Хозяином на прогулках или лежать у ног его... учиться понимать не с полуслова, а с полувзгляда, и все сильнее прорастать душой в семью, подарившую мальчишке такое настоящее собачье счастье

Контакты:

8 (985) 923-4412

Звездные питомцы
Оглавление раздела
06.10.2014.

Туркменские алабаи кардиохирурга Ивана Скопина

Ирина Итунина
Фото Сергей Нестеров

 

Несмотря на плотный график работы, Иван Иванович охотно согласился с нами встретиться и пригласил в выходной день в свой загородный дом в Подмосковье, где обитают два его алабая — Гаплан и Акбая. Подъехав к воротам, мы увидели надпись: «Злая собака». Во дворе с рыком рвался из вольера на волю грозный кобель, из второго вольера нас спокойно разглядывала сука.

 


Досье
Иван Иванович Скопин (род. 1952 г.) — профессор, директор Института коронарной и сосудистой хирургии НЦ ССХ им. А.Н. Бакулева РАМН, заведующий отделением реконструктивной хирургии клапанов сердца и коронарных артерий. Является одним из ведущих специалистов в области сердечно­-сосудистой хирургии в России и за её пределами. Многие реконструктивные вмешательства на атриовентрикулярных клапанах сердца выполнены им впервые в России. Имеет четыре патента на изобретение различных способов протезирования. Автор 604 печатных работ, в том числе одной монографии (в соавторстве), 11 книг (в соавторстве), двух руководств (в соавторстве), 148 статей.
И.И. Скопин является лауреатом премии А.Н. Бакулева, в 2003 году избран академиком РАЕН, награждён государственной наградой РФ — орденом Дружбы. Президент Профессионального клуба сердечно­сосудистых хирургов.


 

Подарки из Туркмении

— Иван Иванович, собака для вас — друг или охранник?
— Для меня Гаплан друг, а вообще, конечно, это серьёзная охрана.

— Значит, в первую очередь всё­-таки друг?..
— Да, но конкретно для меня. Гаплан ни с кем не дружит, кроме как со мной. А вот Акбая — ласковая собака.

— Сколько им лет?
— Гаплану четыре, а Аке скоро два.

— А что это за кличка — Гаплан?
— По­-туркменски это «тигр», а Акбая — значит «белая».

— А почему у собак туркменские клички?
— Они из Туркмении, аборигены. Мои друзья, мои ученики, коллеги живут и работают в Туркмении. У них там алабай считается народным достоянием, его даже вывозить запрещено. А мне эти собаки всегда нравились, и я попросил привезти щенков… И как-то под Новый год друг звонит: встречайте, приедет щенок. А у меня тогда жили и бернский зенненхунд, и маремма — а тут третий! Был небольшой скандал с женой… В общем, привезли двухмесячного щенка, а через два года прислали неожиданно Аку.

— И как Гаплан её принял?
— Маленькую не трогал, а по мере того, как она росла, начал устанавливать своё главенство — трепал её, но без травм. Они вообще дружат, играют, хотя если ему покажется что-то не так, иногда может повалить её, но обходится без крови.

 


— Тем не менее, в вольерах разных живут…
— Так положено.

— Не скучно им в вольерах-то?
— Собаки там только когда кто-то приезжает, всё остальное время они свободно разгуливают по участку.

— Прячете их от гостей?
— К гостям, даже к моим друзьям, Гаплан относится нехорошо за редким исключением: есть один товарищ, тоже охотник и собачник, он разговаривает с ним, правда, не дотрагивается, так Гаплан не лает на него и виляет хвостом. Но это, скорее, исключение… А с домашними он нормально себя ведёт; одно время жил с родителями, помнит их. Сам может поласкаться немного, но ответных ласк не принимает, рычит — а рычит он очень неприятно… Но никого ещё не покусал. Очень меня ревнует ко всем, даже к сторожам, которые живут у нас на участке. Однажды кинулся на сторожа, который проходил мимо нас. Вне участка он намного спокойнее.

— У Аки другой характер?
— Ака — очень добрая девочка, у нас с ней особая дружба. Щенком она месяц жила со мной в Москве, когда семья уехала в отпуск: я надевал на неё памперс и шёл на работу. Смешной случай с ней был. Она ведь родом из Туркмении, к русскому языку не привыкла ещё и как-то во дворе услышала, как девушка азиатской наружности говорит по телефону, — и побежала к ней: потянулась к родному.

 


— И что же — вы начали учить туркменский?
— Начал её переучивать на русский. Потом она жила тут на участке, когда рабочие заканчивали стройку, стала очень общительная. Мы часто пускаем её в дом, она любит тут находиться, особенно когда есть что-то вкусненькое. Очень любит поесть, но угощать надо осторожно, может прикусить пальцы вместе с едой. Гаплан не такой, он ест с разбором.

— А чем вы их кормите?
— Я охотник, достаточно интенсивно занимаюсь охотой, так что практически всегда мясом они обеспечены.

— А почему тогда не заводите охотничьих собак?
— Был у меня ирландский сеттер, с которым я охотился, он умер от пироплазмоза. Сейчас в лесу стало очень много клещей, невозможно туда брать собаку. С алабаями я в лес не хожу, гуляем по деревне.

— А на выставки собачьи ходите? Или ваши алабаи не соответствуют принятым стандартам?
— Наверное, если говорить о породе, то российские заводчики в отличие от туркменских преследовали цель вывести собаку как можно больших размеров. Поэтому мои — небольшие по сравнению с местными, но зато они очень подвижные, я видел, как зимой они охотятся на мышей — как лисы. Тем не менее, они имеют российскую родословную, мы показывали их очень опытному судье, и он сказал, что у Гаплана есть некоторые недостатки и его не имеет смысла водить на выставки, а Аку можно, у неё очень красивый экстерьер, но они очень плохо относятся к другим животным.

— А курс дрессировки-то вы с ними проходили?
— С Гапланом мы серьёзно занимались с инструктором, он обучен командам. С Акой тоже занимались, правда, в меньшем объёме, но общий курс дрессировки она прошла.

 

Собаки — есть, комплексов — нет

— А с вами Гаплан устанавливать главенство не пытался?
— Как-то раз (ему было тогда полтора года) я пустил его в баню, а когда сказал, что пора уходить, имел место конфликт — пришлось поступить жёстко: выдворить его с помощью стула, теперь он как шёлковый. Это была проба пера, после этого он никогда на меня не рычал, но если бы я тогда ничего не предпринял, он сел бы мне на голову.
 


— У вас, видимо, уже был опыт в подобного рода ситуациях?..
— Да, был опыт с Гаем, мареммано-абруццкой овчаркой. Как-то попросили его выйти из дома во двор, а он проявил агрессию — и я его таким же образом элиминировал (в фармакокинетике элиминация — выведение лекарственного вещества из организма естественным путём. — Прим. ред.).

— Вижу, вы собачник со стажем… А в детстве у вас были собаки?
— Со школы, с 7­го класса. Первым появился щенок восточноевропейской овчарки. Я отдыхал в Ленинграде, и там мне подарили щенка, которого я привёз домой.

— Родители не возражали?
— Возражали. Он прожил у меня четыре месяца, а когда стал большой и в квартире стало тесно, его отдали через клуб служебного собаководства в армию. Потом доберман был, Чарли. Мы жили в Саратове, а щенка купили в Москве, в клубе служебного собаководства, за 30 рублей. Щенков тогда забирали в месячном возрасте. Привезли мы его на Каланчёвку к бабушке, Людмиле Александровне Скопиной, она была народная артистка РСФСР, играла в Пушкинском театре. Щенок первую ночь пищал, я спал, а бабушка его выводила. (Смеётся.) Чарли прожил у нас всю жизнь.

— Некоторые психологи (их самих проверить не мешает. — Прим. авт.) считают, что люди заводят собак, чтобы реализовать те или иные свои комплексы…
— Я просто люблю собак, мне все собаки нравятся, но крупные породы — больше. Вообще животных люблю: и рыбки есть, и черепаха, и птиц держал — комплексов нет.

 

Один день из жизни Ивана Ивановича

— Иван Иванович, вы оперирующий хирург, преподаватель, изобретатель, вы пишете статьи и книги, ещё и с собаками успеваете гулять — вам хватает 24 часов в сутки? Как складывается рабочий день профессора Скопина?
— С тех пор как я стал директором Института коронарно-сосудистой хирургии, мой рабочий день начинается в 7 утра. Сначала обход в реанимационном отделении со всем профессорским составом, затем маленькая конференция, потом операция, в день делаю одну большую операцию, потом аспиранты, домой — в 7–8 часов. В 12 — спать, встаю в 6 утра, а если на даче, то в 5.

— Как хватает сил?
— Привык, такова работа кардиохирурга. У меня начиная с приезда в Москву и поступления в аспирантуру такой ритм жизни.

— Витамины пьёте?
— Нет. (Смеётся.)

— А как отдыхаете?
— Здесь, в деревне, отдыхаю, зачастую один приезжаю — у жены и дочки свои дела: дочка в выпускном классе, жена йогой увлекается... Езжу с друзьями на охоту.

— Кто объект вашей охоты?
— Кабан, лось, медведь. Осенью собираюсь поехать поохотиться на Камчатку. Езжу на рыбалку.

 


— Иван Иванович, я знаю, что вы являетесь также президентом Клуба профессиональных хирургов. Что это за организация?
— Это такое нужное и полезное начинание — собрать опытных людей, друзей, в профессиональное объединение, где они могли бы обменяться мнениями, узнать что-то новое.

— А разве на конференциях, на профессиональных съездах не то же самое происходит?
— На съездах и конференциях много народу, спокойно не поговоришь. А в нашем клубе всего около 15 членов. Уже год мы устраиваем заседания, куда приглашаем и российских опытных специалистов, и иностранных, которые могут что-то интересное рассказать. Главное — это обучение и обмен опытом.

— А есть у клуба своё здание?
— Нет, пока нет. Зато заседания проходят в интересных местах, например в Павловском дворце, в Ленинграде, в Суздале.

— Этот клуб больше для профессии или для души?
— И для того, и для другого.

 

Правильное горючее для мотора

— Насколько, на ваш взгляд, совершенна современная система здравоохранения?
— В Советском Союзе была, конечно, более упорядоченная система, существовала диспансеризация, выявлялись заболевания на ранней стадии. Была бесплатная медицина. И образование было другое — сейчас оно страдает уже на уровне обучения в институте. Да и интересы молодых врачей были другие. Например, сейчас среди аспирантов и ординаторов в нашем институте жителей России стало намного меньше, чем 6–8 лет назад. В такую трудную и ответственную специальность стало идти меньше россиян.

— Может, из-за всех этих проблем многие люди делают операции на сердце за границей? Там действительно лучше?
— Это просто большая пропаганда, реклама: началось с Израиля, куда уехали наши врачи... Я не считаю, что там лучше оперируют — там есть преимущества в послеоперационном лечении, например у них две сестры на одного больного в реанимации. Бытует мнение, что у нас хорошая хирургия, но выхаживают плохо. В чём-то это правильно. Но я очень много оперировал повторно пациентов, сделавших первую операцию за границей. Ведь человек после операции долгое время должен находиться под наблюдением.

— Значит, вы патриот, верите, что у нас не всё так плохо?
— Да, верю, работаю и стараюсь сделать, чтобы так плохо не было. Конечно, чувствуется недостаток образования, на местах особенно: либо диагноз неправильно ставят, либо лечат, когда лечить уже нельзя, часто к нам пациент попадает в крайне запущенном состоянии. Всё упирается в отсутствие системы ранней профилактики и диагностики. Надо все восстанавливать: образование в первую очередь, финансирование.

 


— Что бы вы могли посоветовать читателям — какой образ жизни вести, чтобы сердце хорошо работало?
— Если не брать во внимание наследственные факторы, тогда — здоровый образ жизни, не курить.

— А вы курите?
— Да, к сожалению, но брошу с 1 июля, когда вступит в силу закон. (Смеётся.)

— Вам только закона не хватало?
— Шучу. Конечно, курение повышает риск сердечно­сосудистых заболеваний, но я много оперировал людей, которые всю жизнь занимались спортом, не курили, но имели жестокий атеросклероз, переносили инфаркты и т. п. Получается, что связи нет. Хотя есть большая статистика о вреде курения, но всё относительно.

— Получается, от чего суждено человеку умереть, от того и…
— Да, я так считаю. Например, доказано, что умеренное употребление алкоголя снижает риск сердечно­сосудистых заболеваний. Может, я неправильно говорю, но я считаю, что всё можно в меру. Сердце — это мотор, который нужно заправлять правильным горючим. И общение с собакой в этом — важная составляющая.

Июнь 2013 г.

 

 

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
КОММЕНТАРИИ
все vip от А ДО Я