Находки рентгенографии и ультрасонографии в трёх хирургически подтверждённых случаях ишемии тонкой кишки вследствие заворота тонкого кишечника или заворота брыжейки у собак

 

 

Elina Rautala1, Pia Bjorkenheim2, Merja Laitinen3

1 Department of Equine and Small Animal Medicine, Diagnostic Imaging, University of Helsinki, Helsinki, Finland.
2 Department of Equine and Small Animal Medicine, Surgery, University of Helsinki, Helsinki, Finland.
3 St. Johnʼs Innovation Centre, Cambridge, UK.

 

Резюме

 

В этой статье описываются рентгенографические и ультразвуковые находки в трёх хирургически подтверждённых случаях заворота тонкой кишки или её брыжейки у собак. Во всех трёх случаях находки УЗИ включали в себя сегментарную непроходимость тонкого кишечника и отсутствие или значительно ослабленную перистальтику вовлечённого отдела тонкой кишки, а также частичную потерю структуры слоёв стенки кишки с усилением её эхогенности, с нормальной или незначительно утолщённой стенкой. Допплерография показала отсутствие кровотока в поражённых отделах кишечника. Также было выявлено небольшое количество выпота в брюшной полости и усиление эхогенности сальника и жировой ткани во всей брюшной полости. На данный момент существует довольно мало статей, описывающих находки УЗИ-диагностики при ишемии тонкой кишки у мелких животных. Во всех трёх случаях, описанных далее, УЗИ было полезным методом и продемонстрировало типичные изменения стенки кишечника, а также помогло установить корректный диагноз ишемии тонкой кишки.

 

Вступление

 

Заворот брыжейки и заворот тонкого кишечника являются одними из редких причин «острого живота». Это угрожающее жизни состояние требует срочной стабилизации пациента и хирургического вмешательства. Под заворотом брыжейки тонкой кишки понимают перекручивание участка кишки на её брыжейке [1]. При завороте тонкого кишечника перекрут происходит из-за ротации кишки вокруг своей длинной оси [2]. Ишемия кишки развивается вследствие окклюзии краниальной брыжеечной артерии и вены брыжейки и приводит к накоплению газа и жидкости в просвете кишечника, отёку и некрозу стенки кишечника, разрушению слизистого барьера, высвобождению токсинов и транслокации бактерий, что в конечном счёте приводит к септическому перитониту и шоку [1]. Симптомы обычно носят острый характер, хотя существуют доклады и о случаях хронического заворота брыжейки у собак [3], [4, 5]. Обычно клиническая картина включает в себя рвоту, кровянистый стул, боль в животе, увеличение его размеров и быстрое развитие шока [3, 4]. Собаки крупных пород, в особенности немецкая овчарка, предрасположены к завороту брыжейки, но это состояние также встречается и у собак мелких пород, и даже у кошек [3, 4, 6, 7]. В большинстве случаев причина этого состояния остаётся неизвестной, но среди предложенных теорий этиологии есть секреторная недостаточность поджелудочной железы, лимфоцитарно-плазмоцитарный энтерит и карцинома кишечника, парвовирусная инфекция, чрезмерные физические нагрузки, тупая травма живота, инородные тела в кишечнике, сопутствующая дилатация желудка и кишечная непроходимость [8, 9, [10], 11]. Есть также несколько докладов, описывающих случаи частичного или сегментарного заворота тонкой кишки у собак. В двух случаях локального заворота тонкой кишки у собак это состояние было диагностировано спустя два месяца после хирургического лечения кишечной непроходимости или было вторичным на фоне спаечного процесса в брюшной полости после операции по поводу инородного тела в желудке [12, 13].

В этой статье описываются рентгенографические и ультразвуковые находки в трёх хирургически подтверждённых случаях заворота тонкой кишки/заворота брыжейки у собак.

 

Описание случаев

 

Случаи

Все три собаки поступили в отделение неотложной помощи в Учебном ветеринарном госпитале при Университете Хельсинки (Финляндия) из-за острой рвоты и болей в животе, в период между 2013 и 2014 годами. В случае № 1 был представлен некастрированный кобель таксы в возрасте 6,5 лет, в случае № 2 — некастрированный кобель тибетского терьера в возрасте 3 месяцев и в случае № 3 — нестерилизованная сука бишон фризе 1,5 лет. В случаях 1 и 2 симптомы на момент поступления длились приблизительно 6 и 15 часов соответственно. В случае 3 у собаки появилась рвота за 2 дня до поступления, а за день до поступления она была осмотрена ветеринарным специалистом. Ей была проведена поддерживающая терапия и назначен противорвотный препарат, но в течение следующего дня рвота продолжилась и общее состояние собаки ухудшилось. Во всех случаях у собак наблюдалась многократная рвота, в случае 3 также наблюдался кровянистый стул. Владелец в случае 1 сообщил, что собака имеет привычку грызть игрушки и другие посторонние объекты. При этом ни у одной из этих собак не было в анамнезе предшествующих хирургических вмешательств в связи с тонкокишечной непроходимостью. Кроме того, владелец в случае 1 сообщил, что за последние несколько месяцев его собака потеряла вес, но в остальном все собаки были в целом здоровы до эпизода острой рвоты.

В клинической картине у всех собак отмечались признаки гиповолемического шока. Собаки были очень апатичны, отмечалась тахикардия (от 140 до 190 уд./мин), бледность слизистых оболочек, увеличенное время наполнения капилляров и/или ослабленный пульс на периферических артериях. У всех собак пальпация области живота была болезненной, у двух из них пальпировались утолщённые петли тонкого кишечника либо похожие по консистенции структуры.

 

Находки диагностической визуализации

Во всех случаях были сделаны рентгенографические снимки в латеролатеральной и вентродорсальной проекциях. У двух собак (случаи 1 и 2) на снимках отмечались множественные средне или значительно расширенные (1,9–2,6 × L5) петли кишечника, заполненные жидкостью и газом (рисунок 1). В обоих случаях желудок был частично заполнен газом, при этом его размеры и расположение оставались в норме. В толстом кишечнике отмечались обычные каловые массы. Рентгенографические находки дали основание подозревать сегментарную непроходимость тонкой кишки, вероятнее всего, вследствие механической обструкции, т. е. в связи с присутствием инородного тела. Однако никаких рентгенконтрастных инородных тел в брюшной полости не было выявлено. Отмечалась потеря серозной детализации, что связали с малым количеством внутрибрюшной жировой ткани или наличием выпота в брюшной полости. В случае 3 в вентральной части брюшной полости визуализировались множественные расширенные петли кишечника, содержавшие множественные мелкие пузыри газа, а также содержимое, состоящее из жидкости или мягких тканей (рисунок 2). Основываясь на этих находках, врачи подозревали расширение петель тонкого кишечника или смещение толстого кишечника. Каудальный отдел толстого кишечника был пуст. Желудок был наполнен газом и жидкостью и был дилатирован.

 

 

Рисунок 1. Латеролатеральный рентгенографический снимок в случае 2 демонстрирует множественные расширенные петли тонкого кишечника, заполненные газом и жидкостью, и потерю серозной детализации Рисунок 2. Латеролатеральный рентгенографический снимок в случае 3 демонстрирует множественные расширенные петли тонкого кишечника с большим количеством мелких пузырьков газа и жидкостным или содержимым мягкотканной плотности в вентральной части живота

 

 

Во всех трёх случаях проводилось ультразвуковое исследование в В-режиме в положении лёжа на спине (Philips iU22, C5-8 конвексный датчик, Philips Oy Healthcare, Finland). У всех собак ультрасонографическими находками стали острое расширение петель тонкого кишечника с наполнением жидкостью, с отсутствием или значительным снижением интенсивности перистальтики. Отмечалось частичное нарушение структуры слоёв стенки кишечника с общим усилением её эхогенности, но с нормальной или слегка увеличенной (до 4,5 мм) толщиной стенки (рисунок 3(а) и рисунок 3(b)) [14]. При допплерографии в повреждённых участках кишечника не было выявлено признаков кровотока (рисунок 4(а) и рисунок 4(b)). Во всех случаях наблюдалось небольшое количество выпота в брюшной полости с гиперэхогенными сальником и внутрибрюшной жировой тканью. У всех собак проксимальная часть тонкого кишечника и двенадцатиперстная кишка сохранили нормальные характеристики или были лишь умеренно дилатированные, нормальная структура слоёв была сохранена. Никаких признаков в пользу гипотезы о механической обструкции вследствие инородного тела не наблюдалось. Помимо описанных выше находок, в случае 3 в повреждённых петлях тонкого кишечника было выявлено содержимое в виде мелких пузырьков газа и нитевидные структуры с мягкотканной эхогенностью. Локализация мелких пузырьков газа варьировалась и в поражённых петлях тонкого отдела кишечника; было подозрение, что газ находился скорее в стенке, чем в просвете кишки (рисунок 5). На основании находок УЗИ была заподозрена ишемия тонкого кишечника в связи с заворотом брыжейки или кишки. В дифференциальный диагноз вошли другие причины ишемии (тромбоз) и острые воспалительные процессы.

 

 

Рисунок 3. (а) УЗИ-изображение в поперечном сечении в случае 2. Видна резко дилатированная петля тонкого кишечника с частичной потерей слоёв стенки и её повышенной эхогенностью. Рядом с дилатированной петлёй тонкого кишечника расположен участок неизменённого кишечника. (b) Снимок в продольном направлении того же участка, что и на рисунке
Рисунок 4. (а) Снимок в поперечном сечении с допплерографией поражённого участка тонкой кишки в случае 3, видно отсутствие признаков кровотока; (b) в сравнении с нормальным неизменённым прилегающим сегментом тонкой кишки, на которой виден чёткий сигнал, свидетельствующий о наличии кровотока

 

Рисунок 5. Снимок в продольном сечении поражённого участка тонкой кишки в случае 3; видны мелкие пузырьки газа внутри или в просвете стенки тонкой кишки, а также нитеобразные структуры с эхогенностью мягких тканей в просвете кишечника

 

 

Исход

Диагностическая лапаротомия под общим наркозом выполнялась во всех трёх случаях. В случае 1 в ходе лапаротомии был выявлен частичный заворот брыжейки тонкой кишки. Примерно половина тощей кишки и вся подвздошная кишка макроскопически выглядели некротизированными. Была выполнена резекция половины тощей кишки, подвздошной, илеоцекального участка и слепой кишки и анастомозирование тощей и толстой кишки. В случае 2 основной находкой на лапаротомии был 20-сантиметровый тёмного цвета сегмент тонкой кишки в области середины тощей кишки, который закрутился вокруг себя. Поражённый сегмент кишки был резецирован. В случае 3 диагностическая лапаротомия выявила в тонкой кишке сегмент тёмно-красного, почти чёрного цвета. При дальнейшем осмотре было установлено, что около 2/3 тощей кишки и вся подвздошная кишка были перекручены на брыжейке и выглядели некротизированными. Была проведена резекция тонкого кишечника с удалением повреждённой части тонкого кишечника, илеоцекального участка и слепой кишки. Во всех трёх случаях отмечалось наличие выпота в брюшной полости, но никаких чётких признаков перитонита не было выявлено.

Все собаки получили послеоперационный уход в отделении интенсивной терапии. Собаки в случаях 2 и 3 восстановились после операции без осложнений и были выписаны из клиники на следующий день. Несмотря на интенсивную поддерживающую терапию, состояние собаки в случае 1 на следующий день стало ухудшаться, и владелец сделал выбор в пользу её эвтаназии. В случае 3 вскоре после операции у собаки началась диарея и сохранялась, несмотря на модификацию диеты. После назначения тилозина (tylosin tartrate, 120 mg, Yliopiston Apteekki, Finland) диарея прекратилась, но появилась снова после его отмены. Врачи предположили тилозин-зависимую (tylosin-responsive) диарею и назначили тилозин в минимально возможной дозе пожизненно [15, 16].

 

Обсуждение

 

Существует несколько сообщений, описывающих находки УЗИ при ишемии тонкого кишечника у мелких животных [6, 17, 18, 19]. У людей УЗИ широко используется в диагностике заворота брыжейки, в особенности — у детей [20]. Признак «водоворота» (whirl sign), при котором верхняя брыжеечная вена и брыжейка закручиваются вокруг брыжеечной артерии, является надёжным прогностическим признаком при завороте в средней части брюшной полости у детей с врождённой мальротацией кишечника [20, 21]. К другим потенциальным находкам УЗИ при ишемии тонкого кишечника вследствие различных причин относят непроходимость кишечника, снижение или отсутствие перистальтики кишечника и выпот в брюшной полости. Состояние стенки тонкого кишечника может меняться в связи с отёком, слизистая может становиться как анэхогенной, так и гиперэхогенной, а подслизистый слой гиперэхогенным или гипоэхогенным [22]. С развитием процесса может появляться интрамуральное или внутрибрюшное скопление газа [22]. Степень ишемии тонкого кишечника у людей оценивается с помощью допплерографии. Отсутствующий или сниженный сигнал кровотока говорит об ишемическом процессе в стенке кишечника, в то время как усиленный — о воспалительном процессе в брюшной полости [23, 24]. С другой стороны, цветная допплерография имеет ряд ограничений в выявлении кровотока, особенно в сосудах малого диаметра с низкой скоростью кровотока [25]. УЗИ с усилением контраста (CEUS) также успешно применяется для диагностики ишемии стенки кишечника у людей [26, 27]. В ветеринарной же практике CEUS не используется в рутинной диагностике и доступен, как правило, только в наиболее технически оснащённых диагностических отделениях. Компьютерная томография (КТ) с контрастированием является золотым стандартом в диагностике острой кишечной ишемии у людей [22]. Ишемия кишечника может быть вызвана множеством причин, таких как артериальная окклюзия, венозная окклюзия, странгуляционная обструкция, гипоперфузия, связанная с неокклюзивным сосудистым заболеванием, травма с нарушением реперфузии и ишемический колит, и все они имеют свою характерную картину на КТ, которая помогает поставить верный диагноз у людей [22, 28]. Возможные находки на КТ при завороте тонкого кишечника включают сегментарную или генерализованную дилатацию тонкой кишки, утолщение и гиперемию её стенки, появление ареола, тонкую кишку в виде клюва и спавшиеся петли. Кроме того, могут обнаруживаться аномалии расположения верхней брыжеечной артерии и вены [29].

У собак заворот брыжейки или кишечника обычно диагностируется на основании клинических находок, рентгенографии и обзорной лапаротомии [3], [4], [30], [31]. Однако чаще всего в случаях частичного заворота брыжейки или кишечника на рентгеновских снимках присутствуют неспецифические признаки. Это подтвердилось и в трёх наших случаях, и нам не удалось поставить диагноз, основываясь исключительно на результатах рентгенографии. В случае локального заворота среднего отдела тощей кишки рентгенография брюшной полости показала сегментарную дилатацию тонкого кишечника и потерю серозной детализации, что наблюдалось и в случаях 1 и 2 [12]. На рентгеновских снимках определялись дилатированные желудок и тонкий кишечник с умеренным количеством газа и жидкости в просвете и умеренная потеря серозной детализации [13]. При полном завороте брыжейки на снимках будут видны расширенные петли тонкого кишечника, расположенные параллельно друг другу [3].

Находки УЗИ без допплерографии были описаны на примере пяти собак, перенесших хирургическую операцию на брюшной полости [17]. Схожие с ними находки были обнаружены в нашем исследовании. У четырёх собак описывались локальные неподвижные петли тонкого кишечника, окружённые гиперэхогенной брюшной жировой тканью. У одной из собак стенки кишечника были утолщены и гофрированы, а у другой структура слоёв стенки выглядела нечёткой. Локальное скопление свободной жидкости в брюшной полости вокруг поражённых петель тонкого кишечника или генерализованный выпот описывался у четырёх собак [17]. Ультразвуковое исследование применялось для диагностики мезентериального инфаркта и некроза тощей кишки у кота [18]. Находки УЗИ были частично схожими с теми, что наблюдали мы, но появлялись позже. При начальном УЗИ-исследовании отмечалась сегментарная дилатация тонкого кишечника с умеренно утолщёнными стенками кишки и сохранной структурой слоёв. Такая же картина сохранялась на контрольном УЗИ 24 часа спустя. Однако спустя 48 часов после первичного исследования УЗИ показало значительное утолщение стенки кишки с нарушением структуры слоёв. Стенка была гипоэхогенной, что не соответствует полученным нами данным; но, как и в наших случаях, отмечалась гиперэхогенность брыжейки и небольшое количество свободной жидкости в брюшной полости [18]. Рентгенографическая и ультразвуковая картина заворота брыжейки были описаны у 1,5-летнего метиса [6]. Описанные находки согласуются с нашими, но в том случае врачи не прибегали к допплерографии. На рентгенограмме брюшной полости выявлялись заполненные газом и умеренно дилатированные петли тонкой кишки и потеря серозной детализации. УЗИ показало дилатированные петли тонкой кишки, заполненные газом и жидкостью, без перистальтики, а также перитонеальный выпот [6]. В некоторых случаях продолжительного нарушения кровообращения некроз стенки кишки и слущивание слизистой может привести к её истончению и появлению аморфного эхогенного содержимого в её просвете [32].

Находки на снимках мультифазного КТ с контрастированием были описаны у одной собаки с заворотом брыжейки и включали признак «водоворота», контрастирование артериального и венозного сосудистого русла тонкого кишечника, умеренное контрастирование тонкого кишечника, застой и тромботические образования в тощекишечных венах, умеренное переполнение жидкостью тонкой кишки, небольшой объём свободной жидкости в брюшной полости и левостороннее смещение слепой кишки и восходящей части толстой кишки [19]. Кроме того, признак «водоворота» также был обнаружен у немецкой овчарки с заворотом илеоцекального угла [33]. В обоих случаях рентгенография и УЗИ брюшной полости не давали возможность поставить однозначный диагноз заворота. Однако в случае с заворотом брыжейки УЗИ, сделанное перед КТ, выявило значительное растяжение тонкого кишечника с нарушением структуры слоёв, снижение перистальтики и небольшое количество внутрибрюшного выпота [19]. Потенциальная нефротоксичность, риск аллергической реакции на контрастное вещество и необходимость общей анестезии или седации ограничивают возможность использования КТ у критических пациентов [22].

В описанных здесь трёх случаях появление клинической симптоматики происходило за 6–48 часов до поступления. Острое возникновение симптомов в случаях 1 и 2 коррелирует с предыдущими публикациями [2, 3, 4]. В случае 3 к моменту поступления собаки в клинику симптоматика наблюдалась в течение двух дней, и её общее состояние было объективно намного хуже по сравнению с двумя предыдущими случаями. Это указывает на то, что нарушение кровоснабжения кишки в этом случае продолжалось дольше, чем в других. С другой стороны, период восстановления после операции у этой собаки протекал без особенностей, а в ходе операции не было выявлено никаких признаков перитонита из-за длительного нарушения кровообращения. Таким образом, сам момент заворота кишки бывает сложно определить, и он может не совпадать с моментом появления клинической симптоматики. Во всех трёх случаях наблюдалась типичная клиническая симптоматика, описанная ранее в литературе, включая острую рвоту, признаки гиповолемического шока и боль при пальпации живота [2, 3, 4]. Несмотря на опубликованные ранее предположения, заворот кишки или брыжейки встречается и у собак мелких пород. В двух из трёх наших случаев пациенты были собаками мелких пород, а ещё в одном (2) — пациент был ещё щенком. Никаких предрасполагающих факторов у этих собак выявлено не было. Однако, учитывая, со слов владельца, потерю веса у собаки за последние несколько месяцев в случае 1, нельзя полностью исключать вероятность наличие скрытой патологии, поскольку после эвтаназии вскрытие не проводилось. В случае 3 диарея появилась вскоре после операции, что, скорее всего, связано с резекцией участка кишки. Гистологическое исследование резецированного участка также не проводилось, так что вероятность скрытого заболевания кишечника тоже нельзя исключать.

При завороте кишки обычно в первую очередь подвергаются обструкции тонкие сосуды стенки и лимфатические протоки, что приводит к отёку стенки кишки, а пережатие артерий — к её некрозу [1]. Выраженность находок на ультразвуковом исследовании достаточно точно коррелирует с тяжестью и продолжительностью сосудистой блокады. Во всех трёх случаях стенка поражённых участков кишки была гиперэхогенна с потерей слоёв. Скорее всего, это связано с отёком, кровотечением и некрозом стенки кишки [22, 32]. В случае 3 наблюдались нитевидные структуры в просвете кишечника и мелкие пузырьки газа, прилегающие или находящиеся непосредственно в стенке кишки. В этом случае клиническая картина у собаки наблюдалась в течение двух дней, и, очевидно, продолжительность сосудистой блокады у неё была значительно больше по сравнению с другими двумя случаями. Поэтому веретенообразные структуры и мелкие пузырьки газа, скорее всего, свидетельствуют о разрушении слизистого барьера и отслоении слизистой из-за ишемии. Во всех трёх случаях поражённые участки тонкой кишки были сильно дилатированы и перистальтика кишечника в этих отделах не прослеживалась. В этих трёх случаях проксимальная часть желудочно-кишечного тракта была нормальной или только слегка расширенной, что противоположно типичной механической обструкции (например, из-за инородного тела), при которой наиболее тяжёлые изменения наблюдаются в тех участках желудочно-кишечного тракта, что расположены проксимальнее места обструкции. По сравнению с неизменёнными участками кишечника, где при допплерографии прослеживается чёткий сигнал, в осмотренных поражённых участках кишки он полностью отсутствовал. Следует принимать во внимание ограничивающие факторы для цветной допплерографии, такие как ложный сигнал, появляющийся при движении пациента, поэтому необходимо осматривать несколько участков поражённой кишки. В дополнение к изменениям, наблюдаемым в стенке кишечника, можно обратить внимание на признак «водоворота», видимый при завороте брыжейки. В описанных нами случаях такой признак не фиксировался. Во всех трёх случаях УЗИ выявило умеренное количество свободной жидкости в брюшной полости и повышение эхогенности сальника и жировой ткани брюшной полости. Жидкость может свидетельствовать о наличии септического или асептического экссудата в связи с воспалением и увеличением проницаемости мезо- и эндотелия [34]. Биохимический и цитологический анализ жидкости из брюшной полости не проводился в связи с тем, что ни у одной из собак на лапаротомии не наблюдалось никаких признаков перитонита.

 

Выводы

 

Во всех трёх случаях УЗИ помогло установить диагноз, выявив типичные изменения стенки кишечника и отсутствие в нём кровотока. Наши находки говорят о том, что заворот кишки и брыжейки обязательно должен быть включён в дифференциальный диагноз при «остром животе» у собак всех размеров и возрастов. В случае острого нарушения кровообращения в кишечнике пациенту требуется срочное хирургическое вмешательство. В дополнение к рентгенографии и КТ УЗИ представляет собой быструю неинвазивную технику получения дополнительной информации, необходимой для установления точного диагноза, и не требует проведение общего наркоза или седации.

 

Благодарности

Авторы выражают признательность д.в.н. Susanne Kilpinen за её комментарии, в особенности в отношении раздела «Исход».

 

 

Литература

  1. Brown, D.C. (2003) Small intestine. In: Slatter, D., Ed., Textbook of Small Animal Surgery, 3rd Edition, WB Saunders Co, Philadelphia, 660–661.
  2. Shealy, P.M. and Henderson, R.A. (1992) Canine Intestinal Volvulus: A Report of Nine New Cases. Veterinary Surgery, 21, 15–19.
  3. Junius, G., Appeldoorn, A.M. and Schrauwen, E. (2004) Mesenteric Volvulus in the Dog: A Retrospective Study of 12 Cases. Journal of Small Animal Practice, 45, 104–107.
  4. Cairo, J., Font, J., Gorraiz, J., Martin, N. and Pons, C. (1991) Intestinal Volvulus in Dogs: A Study of Four Clinical Cases. Journal of Small Animal Practice, 40, 136–140.
  5. Spevakow, A.B., Nibblett, B.M., Carr, A.P. and Linn, K.A. (2010) Chronic Mesenteric Volvulus in a Dog. The Canadian Veterinary Journall 51, 85–88.
  6. Rahal, S.C., Garib, M.I., Mamprim, M.J. and Teixeira, C.R. (2000) Mesenteric Torsion in a Dog. The Canadian Veterinary Journal, 41, 710–711.
  7. Knell, S.C., Andreoni, A.A., Dennler, M. and Venzin, C.M. (2010) Successful Treatment of Small Intestinal Volvulus in Two Cats. Journal of Feline Medicine and Surgery, 12, 874–877.
  8. Westermarck, E. and Rimaila-Parnanen, E. (1989) Mesenteric Torsion in Dogs with Exocrine Pancreatic Insufficiency: 21 Cases (1978–1987). Journal of the American Veterinary Medical Association, 195, 1404–1406.
  9. Harvey, H.J. and Rendano, V.T. (1984) Small Bowel Volvulus in Dogs, Clinical Observations. Veterinary Surgery, 13, 91.
  10. Nemzek, J.A., Walshaw, R. and Hauptman, J.G. (1993) Mesenteric Volvulus in the Dog: A Retrospective Study. Journal of the American Animal Hospital Association, 29, 357.
  11. Matushek, K.J. and Cockshutt, J.R. (1987) Mesenteric and Gastric Volvulus in a Dog. Journal of the American Veterinary Medical Association, 191, 327–328.
  12. Jasani, S., House, A.K. and Brockman, D.J. (2005) Localised Mid-Jejunal Volvulus Following Intussusception and Enteroplication in a Dog. Journal of Smal Animal Practice, 46, 398–401.
  13. Di Cicco, M.F., Bennett, R.A., Ragetly, C. and Sippel, K.M. (2011) Segmental Jejunal Entrapment, Volvulus, and Strangulation Secondary to Intra-Abdominal Adhesions in a Dog. Journal ofthe American Animal Hospital Association, 47, 31–35.
  14. Delaney, F., OʼBrien, R.T. and Waller, K. (2003) Ultrasound Evaluation of Small Bowel Thickness Compared to Weight in Normal Dogs. Veterinary Radiology and Ultrasound, 44, 577–580.
  15. Kilpinen, S., Spillmann, T., Syrja, P., Skrzypczak, T., Louhelainen, M. and Westermarck, E. (2011) Effect of Tylosin on Dogs with Suspected Tylosin-Responsive Diarrhea: A Placebo-Controlled, Randomized, Double-Blinded, Prospective Clinical Trial. Acta Veterinaria Scandinavica, 53, 26.
  16. Kilpinen, S., Spillmann, T. and Westermarck, E. (2014) Efficacy of Two Low-Dose Oral Tylosin Regimens in Controlling the Relapse of Diarrhea: A Prospective, Single-Blinded, Two-Arm Parallel, Clinical Field Trial. Acta Veterinaria Scandinavica 56, 43.
  17. Swift, I. (2009) Ultrasonographic Features of Intestinal Entrapment in Dogs. Veterinary Radiologgy and Ultrasound, 50, 205–207.
  18. Wallack, S.T., Hornof, W.J. and Herrgesell, E.J. (2003) Ultrasonographic Diagnosis-Small Bowel Infarction in a Cat. Veterinary Radiology and Ultrasound, 44, 81–85.
  19. Chow, K.E., Stent, A.W. and Milne, M. (2014) Imaging Diagnosis—Use of Multiphasic Contrast-Enhanced Computed Tomography for Diagnosis of Mesenteric Volvulus in a Dog. Veterinary Radiology and Ultrasound, 55, 74–78.
  20. Chao, H.C., Kong, M.S., Chen, J.Y., Lin, S.J. and Lin, J.N. (2000) Sonographic Features Related to Volvulus in Neonatal Intestinal Malrotation. Journal of Ultrasound in Medicine, 19, 371–376.
  21. Epelman, M. (2006) The Whirlpool Sign. Radiology, 240, 910–911.
  22. Reginelli, A., Genovese, E., Cappabianca, S., Iacobellis, F., Berritto, D., Fonio, P., Coppolino, F. and Grassi, R. (2013) Intestinal Ischemia: US-CT Findings Correlations. Critical Ultrasound Journal, 15, S7.
  23. Shirahama, M., Ishibashi, H., Onohara, S., Dohmen, K. and Miyamoto, Y. (1999) Colour Doppler Ultrasound for the Evaluation of Bowel Wall Thickening. British Journal of Radiology, 72, 1164–1169.
  24. Smereczynski, A., Starzynska, T. and Kolaczyk, K. (2013) Ultrasound of Selected Pathologies of the Small Intestine. Journal of Ultrasonography, 13, 155–166.
  25. Kong, M.S., Wong, H.F., Lin, S.L., Chung, J.L. and Lin, J.N. (1997) Factors Related to Detection of Blood Flow by Color Doppler Ultrasonography in Intussusception. Journal of Ultrasound in Medicine, 16, 141–144.
  26. Hamada, T., Yamauchi, M., Tanaka, M., Hashimoto, Y., Nakai, K. and Suenaga, K. (2007) Prospective Evaluation of Contrast-Enhanced Ultrasonography with Advanced Dynamic Flow for the Diagnosis of Intestinal Ischaemia. British Journal of Radiology, 80, 603–608.
  27. Hata, J., Kamada, T., Haruma, K. and Kusunoki, H. (2005) Evaluation of Bowel Ischemia with Contrast-Enhanced US: Initial Experience. Radiology, 236, 712–715.
  28. Furukawa, A., Kanasaki, S., Kono, N., Wakamiya, M., Tanaka, T., Takahashi, M. and Murata, K. (2009) CT Diagnosis of Acute Mesenteric Ischemia from Various Causes. American Journal of Roentgenology, 5, 408–416.
  29. Feng, S.T., Chan, T., Sun, C.H., Li, Z.P., Guo, H.Y., Yang, G.Q., Peng, Z.P. and Meng, Q.F. (2010) Multiphasic MDCT in Small Bowel Volvulus. European Journal of Radiology, 76, 13–18.
  30. Halfacree, Z.J., Beck, A.L., Lee, K.C. and Lipscomb, V.J. (2006) Torsion and Volvulus of the Transverse and Descending Colon in a German Shepherd Dog. Journal of Small Animal Practice, 47, 468–470.
  31. Bentley, A.M., OʼToole, T.E., Kowaleski, M.P., Casale, S.A. and McCarthy, R.J. (2005) Volvulus of the Colon in Four Dogs. Journal of the American Veterinary Medical Association, 15, 253–256, 236–237.
  32. Penninck, D. and dʼAnjou, M. (2015) Gastrointestinal Tract. In: Penninck, D. and dʼAnjou, M., Eds., Atlas of Small Animal Ultrasonography, 2nd Edition, Wiley Blackwell, 272–274.
  33. Javard, R., Specchi, S., Benamou, J., Lapointe, C., Deffontaines, J.B., Plante, J. and dʼAnjou, M.A. (2014) Ileocecocolic Volvulus in a German Shepherd Dog. The Canadian Veterinary Journal, 55, 1096–1099.
  34. Dempsey, S.M. and Ewing, P.J. (2011) A Review of the Pathophysiology, Classification, and Analysis of Caninen and Feline Effusions. Journal of the American Animal Hospital Association, 47, 1–11.

 

 

Источник: Open Journal of Veterinary Medicine, 7, 99–110. This work is licensed under the Creative Commons Attribution International License (CC BY 4.0).

 

 

СВМ № 2/2018

 

 

 

 

Связанные статьи

Добавить комментарий

Войти с помощью: 
Close