Поиск
Паллиативная помощь животным: ветеринарный врач рядом с пожилой собакой
Главная » Без рубрики » Практические принципы паллиативной помощи в ветеринарной онкологии: облегчение страданий животного, владельца и ветеринарного врача. Часть 1

Практические принципы паллиативной помощи в ветеринарной онкологии: облегчение страданий животного, владельца и ветеринарного врача. Часть 1

Авторы

Beatriz F. Paz¹, Marília G. P. A. Ferreira², Ketlyn R. Martins³, Lucas Uccella³ и Andrigo Barboza de Nardi¹
¹Programa de Pós-Graduação em Ciências Veterinárias, Faculdade de Ciências Veterinárias, Universidade Estadual Paulista, 14.883-000, Jaboticabal, São Paulo, Brazil.
²Hospital Veterinário Universitário da Universidade Federal do Vale do São Francisco, 56.340-000, Petrolina, Pernambuco, Brazil.
³Faculdade de Ciências Veterinárias, Universidade Estadual Paulista, 14.883-000, Jaboticabal, São Paulo, Brazil.


Актуальность. Паллиативная помощь животным-компаньонам — развивающаяся область, охватывающая животных с онкологическими, а также другими хроническими и дегенеративными заболеваниями. Цели. Разъяснить руководящие принципы паллиативной помощи в ветеринарной онкологии. Методы. Статья подготовлена на основе обширного обзора литературы и посвящена растущей потребности в совершенствовании паллиативной помощи в ветеринарной медицине. Обсуждаются методы оценки качества жизни животных с онкологическими заболеваниями, обучение владельцев и важность междисциплинарного командного подхода. Результаты. Паллиативная помощь направлена на улучшение качества жизни животного, облегчая его физические, эмоциональные и социальные страдания. Посредством внимательной коммуникации паллиативная помощь также стремится облегчить страдания владельцев — от момента постановки диагноза до переживания утраты пациента. Выводы. Не следует недооценивать важность оказания паллиативной помощи наряду с противоопухолевыми методами и видами лечения; в идеале она должна осуществляться с использованием междисциплинарного командного подхода.


Введение

Паллиативная помощь животным направлена на обеспечение максимального комфорта пациента и минимизацию страданий, одновременно поддерживая владельца. Она способствует лечению боли и других клинических признаков для улучшения качества жизни вне зависимости от развития заболевания. Эта форма помощи учитывает социальные, эмоциональные и физические потребности животных наряду с эмоциональными, социальными и духовными потребностями владельцев, подготавливая их к смерти животного и переживанию горя утраты [1; 2].

В медицине человека паллиативная помощь уже является неотъемлемой частью помощи в конце жизни, тогда как в ветеринарной медицине эта концепция всё ещё находится в стадии развития. Ветеринарные врачи и владельцы животных лишь недавно осознали эту потребность, и за последние десять лет многие ветеринарные специалисты сместили фокус своей деятельности, посвятив себя оказанию помощи в конце жизни, а некоторые работают исключительно в этой сфере [3; 4].

В ветеринарной медицине онкологические заболевания представляют собой ведущую причину смертности и заболеваемости пожилых собак и кошек [5]. За последние годы достигнуты значительные успехи в диагностике и лечении онкологических пациентов, и не менее важно уделять внимание улучшению качества жизни животных с онкологическими заболеваниями [6].

В распоряжении ветеринарных врачей имеются различные варианты лечения, позволяющие улучшить качество жизни и увеличить продолжительность жизни животных с онкологическими заболеваниями, и это должно включать поддержание хороших отношений между животными и их владельцами [7]. Лечение животных с онкологическими заболеваниями состоит из нескольких видов противоопухолевой терапии, а паллиативная помощь зачастую рассматривается лишь в переходный период между прекращением противоопухолевой терапии и концом жизни [3]. Однако в паллиативной помощи человеку следует отметить важность оказания такой помощи на ранних этапах после постановки онкологического диагноза [8].

Для обеспечения оптимальной паллиативной помощи признаётся необходимость междисциплинарного подхода [9]. В настоящее время многие ветеринарные врачи посвятили себя практике паллиативной помощи и помощи в конце жизни, работая совместно с сетью вспомогательных специалистов — от специалистов по комплементарной терапии, таких как физиотерапия и акупунктура, до взаимодействия с социальными работниками [10]. В настоящем обзоре мы стремимся разъяснить руководящие принципы и практику паллиативной помощи в ветеринарной онкологии.

Материалы и методы

Статья подготовлена на основе обширного обзора литературы, проведённого путём поиска в базах данных, таких как PubMed, Bireme, SciELO и Google Scholar. Её структура отражает растущую потребность в совершенствовании паллиативной помощи в ветеринарной медицине. Принципы паллиативной помощи обсуждаются в контексте триады, состоящей из животного, владельца и профессиональной команды. Это включает методы оценки качества жизни животных с онкологическими заболеваниями, обучение владельцев и важность междисциплинарного командного подхода. Кроме того, в статье представлена структурированная описательная схема лечения клинических случаев, доступных в литературе, и протоколы лечения. Наконец, в дополнение рассматриваются парадигмы и вызовы практики паллиативной помощи в ветеринарной медицине.

Необходимость внедрения паллиативной помощи в ветеринарную медицину

Исторически развитие паллиативной помощи берёт начало от службы приютов — мест, которые предлагали отдых и кров паломникам, направлявшимся к святыням в поисках исцеления от своих недугов. Начиная с XI века некоторые из этих учреждений стали оказывать специализированную помощь неизлечимым больным. Однако в основном современная паллиативная помощь в том виде, в каком она известна сегодня, сформировалась благодаря работе дамы Сисели Сондерс во второй половине XX века [11]. Основываясь на концепции «тотальной боли», Сондерс подчёркивала важность эффективного контроля в её физическом, эмоциональном, социальном и духовном измерениях, а также важность тех, кто сталкивался с необходимостью физического, строгого и необходимого лечения пациентов [12].

Основанная на сострадании и заботе о пациентах и их семьях, в современную эпоху медицины существует огромная потребность в паллиативной помощи [13]. Согласно опросу, проведённому в 2017 году, 151 страна предлагала паллиативную помощь в изолированной или специализированной форме в сфере здравоохранения человека через программы паллиативной помощи [14]. Даже несмотря на медицинский прогресс, пациенты с заболеваниями, ограничивающими продолжительность жизни, по-прежнему значительно страдают [13]. В систематическом обзоре данные 38 исследований показали, что в среднем от 33 до 38 % людей в конце жизни получают не приносящие пользы или потенциально вредные виды лечения [15].

В настоящее время паллиативная помощь считается растущей медицинской специальностью, которая обеспечивает специализированное облегчение симптомов и боли, а также эмоциональную поддержку пациентов и их семей [16]. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) признаёт оказание паллиативной помощи этической обязанностью систем здравоохранения, и моральным долгом медицинских работников является облегчение боли и страданий, будь то физических, психосоциальных или духовных [17]. Таким образом, паллиативная помощь способствует смене парадигмы — от биомедицинской к биопсихосоциально-духовной модели [13]. Snaman и соавт. отмечают, что интеграция паллиативной помощи в рутинную помощь детям, подросткам и молодым взрослым с онкологическими заболеваниями способствует лучшим исходам для пациентов и их семей [18].

Однако становление практики и формирование концепции паллиативной помощи в ветеринарной медицине началось относительно недавно — в конце 1980-х годов [4; 11; 16]. Программы ветеринарной паллиативной помощи (ВПП) были формализованы в Соединённых Штатах Американской ассоциацией ветеринарной медицины (AVMA) после публикации Руководства по ветеринарной хосписной помощи в 2001 году, которое впоследствии было пересмотрено организацией в 2007 и 2016 годах [2; 11].

Первая университетская программа паллиативной помощи для животных-компаньонов относится к 2003 году. Колледж ветеринарной медицины и биомедицинских наук Университета штата Колорадо (CSU) разработал программу Pet Hospice — программу поддержки животных-компаньонов, ухаживающих лиц и ветеринарных врачей, направленную на обучение студентов и специалистов по вопросам помощи в конце жизни [19].

В 2011 году Колледж ветеринарной медицины Университета штата Мичиган (MSU) основал службу Veterinary Hospice Care, предназначенную для оказания помощи животным-компаньонам на дому. Хоспис функционировал до 2014 года с целью предоставления качественной помощи пациентам на конечном этапе жизни, а также эмоциональной поддержки семьям, рассматривая их как единицу заботы. За первые три года деятельности служба зарегистрировала в общей сложности 142 пациента, причём их число ежегодно увеличивалось [20].

В 2019 году Moses опубликовал обзор, посвящённый Службе боли и паллиативной помощи Массачусетского общества предотвращения жестокости к животным (MSPCA) — Ветеринарного медицинского центра Энджелла (Angell Animal Medical Center), работа которого охватывает помощь нескольким видам животных-компаньонов, включая птиц, рептилий и млекопитающих [21]. В учреждениях, где применялась ВПП, наблюдалось большое число онкологических пациентов. К 2019 году 66 % пациентов, проходивших лечение по программе Pet Hospice CSU, составляли животные с диагнозом «злокачественное новообразование» [19]. В службе Veterinary Hospice Care MSU наблюдались сходные показатели: 79 % зарегистрированных пациентов имели диагнозы или клинические признаки, совместимые с неоплазиями [20].

Помимо применения паллиативной помощи в онкологии, эта область получила развитие и в других направлениях ветеринарной медицины, таких как ведение пациентов с острыми и тяжёлыми неврологическими заболеваниями [22], а также пациентов, нуждающихся в нутритивной поддержке, для которых адекватные рекомендации по вспомогательному питанию и гидратации критически важны на финальном этапе жизни [23].

У пожилых животных с онкологическими заболеваниями часто встречаются сопутствующие патологии. Остеоартикулярные и эндокринные заболевания могут сосуществовать с новообразованиями. Известны случаи, когда животные получают паллиативную химиотерапию наряду с лечением, проводимым в рамках паллиативной помощи, как, например, при лечении лимфомы селезёнки у 12-летней собаки. Такая терапия включала корректировку доз химиопрепаратов для предотвращения побочных эффектов. Помимо корректировки противоопухолевого лечения, для улучшения качества жизни при ведении пациента важное значение имели нутритивная поддержка, лечение паранеопластической кахексии, контроль боли и лечение заболевания почек. Планирование помощи в конце жизни обеспечило владельцам полную ветеринарную поддержку, в результате чего продолжительность жизни составила более одного года [24].

В последнее время изучение и оказание паллиативной помощи в онкологии человека, представляющие собой новую и развивающуюся область науки и клинической практики, претерпели значительное развитие. Исследователи оценивали различные модели паллиативной помощи в различных популяциях, одновременно расширяя программы паллиативной помощи. Ряд вопросов, касающихся моделей первичного оказания помощи, наилучшего способа интеграции паллиативной помощи в различных популяциях пациентов, а также способов реализации высококачественных программ с хорошим соотношением затрат и выгод, продолжают активно стимулировать дальнейшие исследования [25]. Создание службы ВПП требует структурированного планирования, включая развитие специфических знаний и навыков, а также определение конфигурации службы и ценностей практики. Многие модели и программы повышения квалификации для этих целей возникли на основе опыта служб паллиативной помощи человеку [21].

Хотя авторитетные ветеринарные учреждения уже опубликовали статьи по оказанию помощи в конце жизни [2], звание специалиста по паллиативной помощи до сих пор отсутствует. В условиях увеличения продолжительности жизни и расширения доступа к информации и ресурсам всё большее число клиентов-владельцев животных ищут методы лечения, улучшающие качество жизни, что способствует росту интереса к паллиативной помощи животным-компаньонам и делает её одной из наиболее востребованных специальностей со стороны владельцев в ближайшие годы [4; 6; 10; 11; 16].

Таким образом, ветеринарные врачи должны быть готовы оказывать гуманистическую помощь, направленную на поддержание хороших отношений между специалистами и их клиентами. В исследовании, проведённом в Швейцарии в 2013 году, в котором более 2000 владельцев животных, переживших утрату питомца, опрашивались о том, получали ли они поддержку при переживании горя, 34 % владельцев общались с ветеринарным врачом, 15 % — с ветеринарным техником, а 2 % не разговаривали ни с кем [26]. Однако, согласно опросу, проведённому в 2013 году, ни один из учебных планов 119 бразильских университетов по ветеринарной медицине не включал преподавания вопросов оказания поддержки владельцам животных, а при рассмотрении таких вопросов, как благополучие животных, основное внимание уделялось гуманной эвтаназии. Лишь один учебный план включал психологию, что подчёркивает пробел в подготовке ветеринарных врачей в отношении коммуникации с клиентами, особенно по таким вопросам, как смерть и благополучие семьи [27]. Для сравнения: 4–7 % ветеринарных школ в США затрагивают вопросы, связанные с паллиативной помощью и решениями о конце жизни, тогда как в Соединённом Королевстве опрос с участием шести ветеринарных школ показал, что все они включали в учебный план вопросы коммуникации с владельцами по поводу смерти животных, но лишь одна (16,6 %) затрагивала решения о конце жизни [28; 29].

С годами была выявлена корреляция между годом выпуска и уровнем подготовленности при обсуждении вопросов конца жизни: недавние выпускники демонстрируют лучшую подготовку по данной теме [30]. После прохождения структурированного курса подготовки по паллиативной помощи американские студенты-ветеринары четвёртого года обучения сообщили, что чувствуют себя более подготовленными к беседам о конце жизни и практике эвтаназии. Кроме того, они получили положительные результаты в отношении профессионального благополучия и продемонстрировали большую способность справляться с эмоциональными проблемами, возникающими в профессиональной практике [31].

Даже несмотря на отставание в области подготовки по паллиативной помощи, крайне важно, чтобы ветеринарные врачи развивали хорошие коммуникативные навыки в отношении вопросов конца жизни и горя, поскольку они необходимы для практики паллиативной помощи [16].

Ветеринарные пациенты могут получать лечение в службах неотложной помощи, даже при наличии неопластических заболеваний на поздних или метастатических стадиях, без необходимости проведения инвазивных исследований для постановки окончательного диагноза. Такие пациенты требуют тщательной оценки для выявления возможных скрытых нелеченых состояний, таких как остеоартикулярная боль. Планирование паллиативной помощи осуществляется путём постоянного мониторинга и корректировки медикаментозной или иной терапии для обеспечения лучшего контроля симптомов. Кроме того, в схему лечения могут быть включены адъювантные средства, такие как противовоспалительные препараты, антиконвульсанты с анальгетическими свойствами, антиоксиданты, рыбий жир и гастропротекторы. Также могут рассматриваться и другие варианты — анксиолитики, терапия каннабиноидами, противорвотные средства, пробиотики и т. д. [32].

Несмотря на растущее число статей, посвящённых протоколам паллиативной помощи и помощи в конце жизни [2], исследования в этой области представляются зачаточными, опубликованных описаний клинических случаев не обнаружено. Некоторые авторы сравнивали противоопухолевое лечение с паллиативным [33]. Однако такие сравнения зачастую относятся к подходу, основанному на принципах клинической онкологии, без углубления в руководящие принципы паллиативной помощи или рассмотрения индивидуальных терапевтических решений. Аналогичным образом, учебный план по ветеринарной медицине не обеспечивает достаточной подготовки для того, чтобы специалисты могли оказывать паллиативную помощь, что приводит к неудовлетворённости более чем 70 % респондентов в одном из исследований [34]. Сертификационный курс, проводимый Международной ассоциацией хосписной и паллиативной помощи животным (IAAHPC), был назван 42 % респондентов в качестве источника, связанного с их профессиональным развитием в этой области, наряду с литературой, публикуемой в ветеринарных журналах (40 %) [34]. Однако эти источники в основном представляют собой описания практического опыта [32; 35].

Руководящие принципы паллиативной помощи

В Руководстве по помощи в конце жизни Американской ассоциации ветеринарных клиник (AAHA) и Международной ассоциации хосписной и паллиативной помощи животным (IAAHPC) [2] хоспис для животных определён как программа помощи, учитывающая потребности, которая охватывает физические, эмоциональные и социальные потребности животных на поздних стадиях прогрессирующего и ограничивающего жизнь заболевания или инвалидности — с момента постановки диагноза до момента смерти, включая естественную смерть при поддержке хосписа или смерть путём эвтаназии. Она также охватывает социальные и эмоциональные потребности ухаживающего лица, подготавливая его к смерти животного и переживанию горя. Паллиативная помощь, в свою очередь, определяется как лечение пациентов с излечимыми или хроническими клиническими состояниями с целью улучшения качества жизни животного и ухаживающего за ним лица [2]. Интеграция аспектов помощи, направленных на специалиста, пациента и владельца, кратко описана на илл. 1.

Паллиативная помощь животным: триада «пациент — владелец — специалисты»
Илл. 1. Принципы ветеринарной паллиативной помощи: интеграция специализированной помощи пациенту, специалисту и владельцу

В обзоре, посвящённом восприятию общественностью расширенной помощи, паллиативной помощи и хосписа для людей, авторы отметили, что более 9000 участников опроса испытывали определённые трудности в понимании концепций паллиативной помощи и хосписа [36]. Хоспис применяется к более ограниченной группе, будучи предназначенным для пациентов на конечном этапе жизни, чтобы обеспечить «хорошую смерть», и вписывается в общую дисциплину паллиативной помощи [37].

Паллиативная помощь направлена на комфорт и качество жизни пациента в ущерб количеству жизни [16]. Рекомендация паллиативной помощи и хосписа может быть обоснована несколькими факторами, такими как решение не проводить лечение, направленное на излечение заболевания; диагноз неизлечимого заболевания; неэффективность радикального лечения; потребность в интенсивной терапии в течение длительного периода; прогрессирующее заболевание или травма с сопутствующими осложнениями; либо наличие симптомов хронических заболеваний, нарушающих функциональность животного. В этом контексте рекомендуется начинать паллиативную помощь или хосписный план для обеспечения положительного эффекта на помощь пациенту в конце жизни [38]. От вмешательств, продлевающих жизнь, таких как сердечно-лёгочная реанимация, отказываются, если они более не способствуют качеству жизни пациента [2].

Некоторые научные работы посвящены паллиативной помощи с использованием философского подхода Pawspice, при котором к пациентам относятся более заботливо, мягко и доброжелательно. В рамках этого подхода рекомендуется использование шкалы оценки качества жизни [39]. Если животное демонстрирует постепенное ухудшение показателей по шкале, ветеринарному врачу рекомендуется провести откровенную беседу с владельцем относительно ожиданий в отношении состояния пациента, чтобы можно было обсудить эвтаназию и естественную смерть при поддержке паллиативной помощи, а ответственные лица могли спланировать и обдумать наилучшую тактику, которая принесёт пользу ухаживающему лицу и его животному [2; 39]. Кроме того, на основе философии Pawspice ухаживающее лицо может принять решение дать указание не реанимировать пациента в экстренной ситуации. Этот принцип помогает семье принять проблему и избежать чрезмерного и бесполезного лечения животного [39].

Изучение и понимание ценностей, лежащих в основе паллиативной помощи и помощи в конце жизни, стало императивом для развития этой службы, способствуя смягчению моральных страданий ухаживающей команды [21]. Ветеринарные врачи часто сталкиваются с решением о том, как лечить своих пациентов, когда от агрессивного лечения отказались или оно не отвечает наилучшим интересам животного. В этом контексте паллиативная помощь предоставляет важный инструмент для лечения животных в период между постановкой диагноза и концом жизни [40].

Таким образом, при лечении пациента с онкологическим заболеванием главной заботой ветеринарного врача должно быть поддержание качества жизни пациента. Важно, чтобы клиент был осведомлён о доступных вариантах лечения, вероятных исходах и необходимом мониторинге терапии [6]. Паллиативная помощь дополняет противоопухолевое лечение и может улучшить терапевтический эффект, оптимизируя общее состояние пациента, поскольку она воздействует на управление симптомами и качество жизни, тем самым повышая приверженность владельца лечению [41].

Паллиативную помощь можно подразделить на две категории: раннюю паллиативную помощь, которая обычно оказывается в амбулаторных или стационарных условиях, и позднюю паллиативную помощь, которая осуществляется в отделениях паллиативной помощи, хосписах или по месту жительства пациентов, уже находящихся на конечном этапе жизни [42].

В целом услуги паллиативной помощи могут оказываться посредством консультаций на дому, когда медсёстры или ассистенты посещают пациентов для введения лекарственных препаратов, либо через больничные службы. Стоимость и время варьируют в зависимости от выбранной формы, включая расходы, связанные с ветеринарными учреждениями, временем в пути и транспортом команды [32; 43]. Стоимость услуг должна определяться исходя из затрат на материалы и персонал с учётом региональных различий [43]. Помимо зарегистрированного улучшения симптомов в клинических исследованиях, посвящённых включению паллиативной помощи в лечение людей с онкологическими заболеваниями, наблюдалось значительное снижение общей стоимости помощи и уменьшение числа госпитализаций и интенсивных методов лечения у пациентов, получающих паллиативную помощь [8; 44; 45].

Эффективная коммуникация в паллиативной помощи способствует развитию комплексной и гуманизированной помощи через активное и эмпатическое слушание, зрительный контакт и поведение, включающее вербальный и невербальный язык при общении с владельцами животных [46]. Таким образом, роль онколога в оказании эмоциональной поддержки клиентам расширилась [3]. Признание бремени, которое клинические признаки могут создавать для ухаживающего за животным с хроническим или неизлечимым заболеванием, может облегчить коммуникацию между ветеринарным врачом и владельцем, а также помочь в планировании и лечении [47].

Беседы о конце жизни у пациентов-людей обычно строятся на принципах хорошей смерти, права быть отпущенным и определения момента, когда жизнепродлевающее лечение перестаёт быть уместным. Обсуждаются права пациентов на приостановку или прекращение поддерживающего жизнь лечения, что приводит к этическим конфликтам между желаниями пациента, семьи и ухаживающей команды. В ветеринарной медицине, однако, парадигма конфликта меняется в силу широкого признания практики эвтаназии. Она показана как опция для пациентов на конечном этапе жизни, при этом также обеспечивается принятие других мер для облегчения дискомфорта, поскольку концентрация исключительно на эвтаназии может оставить без внимания глубокое эмоциональное наследие горя [2; 48; 49]. Сталкиваясь с ситуацией эвтаназии и принятием процедуры владельцем, ветеринарным врачам следует рассмотреть возможность проведения предварительной консультации, чтобы гарантировать, что любые сомнения владельца относительно того, что будет происходить во время и после эвтаназии, будут разрешены заблаговременно [50].

В отношениях ветеринарного врача с клиентами, чьи животные имеют ограничивающие жизнь заболевания, критически важно предоставлять открытую и честную информацию. В качественном исследовании с владельцами собак с онкологическими заболеваниями результаты указали на необходимость для специалиста проверять понимание и переживания ухаживающего лица, а также его предпочтения относительно получения новостей. Предоставляемая информация даёт клиенту необходимую уверенность для вовлечения в процесс лечения, принятия информированных решений и подготовки к течению болезни, а также стимулирует ощущение контроля, поддерживает надежду и улучшает психосоциальное благополучие ухаживающего лица [51].

В связи с этим беседы по постановке целей помощи являются неотъемлемой частью паллиативной помощи, поскольку они обеспечивают формальную структуру, научно обоснованное руководство и надёжную поддержку для владельцев животных и тяжелобольных пациентов, получающих помощь в конце жизни [48]. Некоторые модели были разработаны в сфере помощи человеку и адаптированы для использования в ветеринарной медицине, например, направляемые беседы о целях помощи и сообщение плохих новостей [52]. Заблаговременные распоряжения о помощи служат для предвосхищения решений, которые могут возникнуть в периоды острого кризиса заболевания, что может быть эмоционально тяжёлым и мучительным для владельца [49].

Для обеспечения оптимального контроля симптомов у онкологических пациентов важно применять холистический подход, учитывающий любые сопутствующие заболевания и виды лечения в дополнение к основному диагнозу, а также предвидеть и лучше контролировать осложнения заболевания и нежелательные явления, которые могут повлиять на качество жизни пациента [21].

Оценочные формы в паллиативной помощи

Процесс оценки симптомов является рутинной практикой для специалистов, оказывающих паллиативную помощь, поскольку он позволяет распознавать, диагностировать, лечить и отслеживать симптомы пациента [53; 54]. Многомерная оценка симптомов с фокусом на тяжесть, частоту или дистресс, вызываемый симптомами, предоставляет более значимую информацию о влиянии симптомов на качество жизни пациента [55].

Распознавание боли необходимо для успешного лечения, и некоторые классические шкалы оценки симптомов использовались в паллиативной помощи человеку, такие как Опросник качества жизни Макгилла (MQOL), Африканская шкала оценки исходов паллиативной помощи (APCA POS), Эдмонтонская шкала оценки симптомов (ESAS), Инструмент качества жизни в паллиативной помощи (PQLI) и другие [56]. В сравнительном исследовании шкал оценки симптомов, включая вышеупомянутые, было установлено, что более 94 % оценок классифицировали качество жизни пациентов в многомерном представлении, включая физические, социальные, экономические, духовные и эмоциональные аспекты, и учитывали отношения пациента с семьёй и персоналом [57; 58]. Однако в ветеринарной медицине до сих пор нет консенсуса относительно идеальных инструментов оценки качества жизни. Было обнаружено ограниченное число исследований с использованием ранее валидированных опросников, которые зачастую были связаны с оценкой боли [59–61].

Шкала оценки симптомов у собак (CSAS) была разработана Университетом Пенсильвании как для клинического, так и для исследовательского применения. Она была создана с участием собак с солидными опухолями и их владельцев и основана на 12 предопределённых симптомах и двух дополнительных симптомах, которые пациент мог испытывать в течение предшествующих 10 дней [62]. Оценка симптомов с использованием этого метода основана на представлении о том, что клиент не имеет теоретической или практической подготовки для диагностики клинического признака, однако этот факт не обесценивает восприятие непрофессионального лица в отношении ощущений или симптомов, которые может проявлять животное [62].

В настоящее время исследователи оценивают качество жизни кошек с использованием широкого спектра инструментов, но лишь немногие применяют валидированные инструменты [63]. Одним из них является «Форма оценки лечения рака» (Cancer Treatment Form), которая оценивает качество жизни собак и кошек с онкологическими заболеваниями. Она состоит из 23 вопросов с множественным выбором, которые оценивают такие аспекты, как счастье, боль, аппетит, гигиена, психический статус, гидратация, подвижность и общее состояние здоровья [64].

Применялись и другие шкалы, такие как HHHHHMM Quality of Life scale, цель которой — проверить, был ли процесс после постановки диагноза успешным, а также необходимый уход при последующем наблюдении за животным в рамках паллиативной помощи. В этой шкале критерии боли, голода, гидратации, гигиены, счастья, а также хороших и плохих дней оцениваются от 0 до 10 [65]. Для оценки боли, вторичной по отношению к онкологическому заболеванию, в 2005 году было опубликовано исследование с использованием шкалы, состоящей из 12 вопросов с оценкой от 0 до 3, охватывающих эмоциональное поведение собаки, уровень боли, аппетит, утомляемость, проблемы со сном, желудочные проблемы, кишечные проблемы, дефекацию и мочеиспускание [66]. Несмотря на учёт различных критериев, обе оценки используются для ориентации ветеринарного врача при рекомендации эвтаназии пациента.

Некоторые исследования в области онкологии оценивали точку зрения клиента на качество жизни его животного во время или после лучевой терапии [67; 68] и химиотерапии [69; 70]. Учитывая, что ухаживающие за животными с серьёзными заболеваниями испытывают стресс, тревогу, депрессию и снижение качества жизни, важно, чтобы ветеринарный врач понимал потенциал страдания и дистресса как у владельцев, так и у их животных [71]. Это также наблюдается в исследованиях, проведённых в области ветеринарной дерматологии [72; 73].

В 2000 году Laurel Lagoni и Carolyn Butler, руководившие Центром Аргус при CSU, адаптировали субъективно-объективно-оценочно-плановый подход (SOAP) к своим медицинским картам для оценки эмоционального состояния ухаживающих лиц [66].

Окончание статьи — во второй части.


Литература
  1. T. Shearer, Where have we been, where are we going: continuity from 2011, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 325–338, 2019.
  2. G. Bishop, K. Cooney, S. Cox et al., 2016 AAHA/IAAHPC end-of-life care guidelines, Journal of the American Animal Hospital Association, vol. 52, no. 6, pp. 341–356, 2016.
  3. M. Kiselow, Private practice oncology: viewpoint on end-of-life decision-making, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 519–527, 2019.
  4. G. A. Bishop, C. C. Long, K. S. Carlsten, K. C. Kennedy, and J. R. Shaw, The Colorado State University Pet Hospice program: end-of-life care for pets and their families, Journal of Veterinary Medical Education, vol. 35, no. 4, pp. 525–531, 2008.
  5. B. Biller, J. Berg, L. Garrett et al., Journal of the American Animal Hospital Association, vol. 52, no. 4, pp. 181–204, 2016.
  6. S. Mason, Palliative care in small animal oncology, In Practice, vol. 38, no. 5, pp. 203–217, 2016.
  7. G. K. Ogilvie, Ethics and compassionate cancer care: where do we draw the line? Compendium, vol. 30, no. 12, pp. 616–618, 2008.
  8. B. R. Ferrell, J. S. Temel, S. Temin et al., Integration of palliative care into standard oncology care: American society of clinical oncology clinical practice guideline update, Journal of Clinical Oncology, vol. 35, no. 1, pp. 96–112, 2017.
  9. G. Fernando and S. Hughes, Team approaches in palliative care: a review of the literature, International Journal of Palliative Nursing, vol. 25, no. 9, pp. 444–451, 2019.
  10. R. A. Heuberger and J. Pierce, Companion-animal caregiver knowledge, attitudes, and beliefs regarding end-of-life care, Journal of Applied Animal Welfare Science, vol. 20, no. 4, pp. 313–323, 2017.
  11. K. D. Marocchino, In the shadow of a rainbow: the history of animal hospice, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 477–498, 2011.
  12. C. Richmond, Dame Cicely Saunders, British Medical Journal, vol. 331, no. 7510, p. 238, 2005.
  13. K. S. Chan, Palliative care: the need of the modern era, Hong Kong Medical Journal, vol. 24, no. 4, pp. 391–399, 2018.
  14. D. Clark, N. Baur, D. Clelland et al., Mapping levels of palliative care development in 198 countries: the situation in 2017, Journal of Pain and Symptom Management, vol. 59, no. 4, pp. 794–807.e4, 2020.
  15. M. Cardona-Morrell, J. Kim, R. M. Turner, M. Anstey, I. A. Mitchell, and K. Hillman, Non-beneficial treatments in hospital at the end of life: a systematic review on extent of the problem, International Journal for Quality in Health Care, vol. 28, no. 4, pp. 456–469, 2016.
  16. K. J. Goldberg, Veterinary hospice and palliative care: a comprehensive review of the literature, The Veterinary Record, vol. 178, no. 15, pp. 369–374, 2016.
  17. S. Connor and C. Sepulveda, WPCA. Global Atlas of Palliative Care at the End of Life, Worldwide Palliative Care, London, UK, 2014.
  18. J. Snaman, S. McCarthy, L. Wiener, and J. Wolfe, Pediatric palliative care in oncology, Journal of Clinical Oncology, vol. 38, no. 9, pp. 954–962, 2020.
  19. M. Gore, S. E. Lana, and G. A. Bishop, Colorado State University, Pet Hospice Program, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 339–349, 2019.
  20. P. E. Yaxley, Michigan State University Veterinary Hospice Care: an academic hospice practice 2011 to 2014, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 351–362, 2019.
  21. L. Moses, Pain and Palliative Care Service, Massachusetts Society for the Prevention of Cruelty to Animals–Angell Animal Medical Center, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 363–371, 2019.
  22. J. M. Ducote, Common neurologic problems: impact on patient welfare, caregiver burden and veterinarian wellbeing, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 463–476, 2019.
  23. A. J. Smith, Perspectives on feeding and nutrition, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 501–517, 2019.
  24. A. E. Villalobos, A case report: Pawspice for a vizsla with splenic lymphoma, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 683–688, 2011.
  25. J. S. Temel and P. B. Jacobsen, Palliative care in oncology: continuing to build the evidence base and disseminate effective care models, Journal of Clinical Oncology, vol. 38, no. 9, pp. 849–851, 2020.
  26. P. Fernandez-Mehler, P. Gloor, E. Sager, F. I. Lewis, and T. M. Glaus, Veterinarians’ role for pet owners facing pet loss, The Veterinary Record, vol. 172, no. 21, p. 555, 2013.
  27. G. G. Lesnau and F. S. Santos, Formação dos acadêmicos de medicina veterinária no processo de morte e morrer, Bioscience Journal, vol. 29, no. 2, pp. 429–433, 2013.
  28. G. E. Dickinson and E. S. Paul, UK veterinary schools: emphasis on end-of-life issues, The Veterinary Record, vol. 174, no. 7, p. 170, 2014.
  29. G. E. Dickinson, P. D. Roof, and K. W. Roof, End-of-life issues in United States veterinary medicine schools, Society and Animals, vol. 18, no. 2, pp. 152–162, 2010.
  30. G. E. Dickinson, P. D. Roof, and K. W. Roof, A survey of veterinarians in the US: euthanasia and other end-of-life issues, Anthrozoös, vol. 24, no. 2, pp. 167–174, 2011.
  31. K. J. Goldberg, Current topics in serious illness and palliative medicine: a curricular initiative in a US veterinary teaching institution, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 373–386, 2019.
  32. C. Bennett and N. Cook, Palliative care services at home: viewpoint from a multidoctor practice, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 529–551, 2019.
  33. D. Alonso-Miguel, P. García-San José, S. González Sanz, I. Clares Moral, and M. D. Pérez-Alenza, Evaluation of palliative therapy, alone or in combination with toceranib phosphate, in dogs diagnosed with metastatic or recurrent beta-cell neoplasia, New Zealand Veterinary Journal, vol. 69, no. 4, pp. 234–239, 2021.
  34. G. E. Dickinson and H. C. Hoffmann, Animal hospice and palliative care: veterinarians’ experiences and preferred practices, Journal of Veterinary Behavior, vol. 32, pp. 57–61, 2019.
  35. T. S. Shearer, A case report: caring for a golden retriever with nasal cancer, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 689–692, 2011.
  36. M. S. Grant, A. L. Back, and N. S. Dettmar, Public perceptions of advance care planning, palliative care, and hospice: a scoping review, Journal of Palliative Medicine, vol. 24, no. 1, pp. 46–52, 2021.
  37. L. A. Hugar, E. M. Wulff-Burchfield, G. S. Winzelberg, B. L. Jacobs, and B. J. Davies, Incorporating palliative care principles to improve patient care and quality of life in urologic oncology, Nature Reviews Urology, vol. 18, no. 10, pp. 623–635, 2021.
  38. T. S. Shearer, Pet hospice and palliative care protocols, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 507–518, 2011.
  39. A. E. Villalobos, Assessment and treatment of nonpain conditions in life-limiting disease, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 551–563, 2011.
  40. K. Cooney, Offering hospice care for pets, The Veterinary Record, vol. 177, no. 11, pp. i–ii, 2015.
  41. T. Lundeby, M. J. Hjermstad, N. Aass, and S. Kaasa, Integration of palliative care in oncology — the intersection of cultures and perspectives of oncology and palliative care, Ecancermedicalscience, vol. 16, p. 1376, 2022.
  42. M. P. Davis, J. S. Temel, T. Balboni, and P. Glare, A review of the trials which examine early integration of outpatient and home palliative care for patients with serious illnesses, Annals of Palliative Medicine, vol. 4, no. 3, pp. 99–121, 2015.
  43. T. S. Shearer, Delivery systems of veterinary hospice and palliative care, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 499–505, 2011.
  44. C. Scibetta, K. Kerr, J. Mcguire, and M. W. Rabow, The costs of waiting: implications of the timing of palliative care consultation among a cohort of decedents at a comprehensive cancer center, Journal of Palliative Medicine, vol. 19, no. 1, pp. 69–75, 2016.
  45. I. J. Higginson, C. Bausewein, C. C. Reilly et al., An integrated palliative and respiratory care service for patients with advanced disease and refractory breathlessness: a randomised controlled trial, The Lancet Respiratory Medicine, vol. 2, no. 12, pp. 979–987, 2014.
  46. J. R. França, S. F. G. da Costa, M. E. Lopes, M. M. L. da Nóbrega, and I. S. X. de França, The importance of communication in pediatric oncology palliative care: focus on Humanistic Nursing Theory, Revista Latino-Americana de Enfermagem, vol. 21, no. 3, pp. 780–786, 2013.
  47. M. B. Spitznagel, D. M. Jacobson, M. D. Cox, and M. D. Carlson, Predicting caregiver burden in general veterinary clients: contribution of companion animal clinical signs and problem behaviors, The Veterinary Journal, vol. 236, pp. 23–30, 2018.
  48. K. J. Goldberg, Advances in palliative medicine, The Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. xiii–xv, 2019.
  49. W. W. T. Lam, R. Fielding, and L. Y. Choi, Optimizing palliative care and support for pets — perspectives of the pet-parent and the veterinarian, Frontiers in Veterinary Science, vol. 10, Article ID 1162269, 2023.
  50. C. Hewson, Grief for pets — Part 2: avoiding compassion fatigue, Veterinary Nursing Journal, vol. 29, no. 12, pp. 388–391, 2015.
  51. D. L. Stoewen, J. B. Coe, C. MacMartin, E. A. Stone, and C. E. Dewey, Qualitative study of the information expectations of clients accessing oncology care at a tertiary referral center for dogs with life-limiting cancer, Journal of the American Veterinary Medical Association, vol. 245, no. 7, pp. 773–783, 2014.
  52. M. Lummis, B. Marchitelli, and T. Shearer, Communication: difficult conversation in veterinary end-of-life care, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 50, no. 3, pp. 607–616, 2020.
  53. D. Hui and E. Bruera, The Edmonton Symptom Assessment System 25 years later: past, present, and future developments, Journal of Pain and Symptom Management, vol. 53, no. 3, pp. 630–643, 2017.
  54. E. J. Chapman, S. Pini, Z. Edwards, Y. Elmokhallalati, F. E. M. Murtagh, and M. I. Bennett, Conceptualising effective symptom management in palliative care: a novel model derived from qualitative data, BMC Palliative Care, vol. 21, no. 1, p. 17, 2022.
  55. R. K. Portenoy, H. T. Thaler, A. B. Kornblith et al., The Memorial Symptom Assessment Scale: an instrument for the evaluation of symptom prevalence, characteristics and distress, European Journal of Cancer, vol. 30, no. 9, pp. 1326–1336, 1994.
  56. M. E. Gruen, B. D. X. Lascelles, E. Colleran et al., 2022 AAHA pain management guidelines for dogs and cats, Journal of the American Animal Hospital Association, vol. 58, no. 2, pp. 55–76, 2022.
  57. F. R. Correia and M. M. De Carlo, Evaluation of quality of life in a palliative care context: an integrative literature review, Revista Latino-Americana de Enfermagem, vol. 20, no. 2, pp. 401–410, 2012.
  58. E. Bruera, N. Kuehn, M. J. Miller, P. Selmser, and K. Macmillan, The Edmonton Symptom Assessment System (ESAS): a simple method for the assessment of palliative care patients, Journal of Palliative Care, vol. 7, no. 2, pp. 6–9, 1991.
  59. L. Faustino and M. Lallo, Quality of life and pain in dogs with early-stage mammary tumours, Acta Veterinaria Hungarica, vol. 63, no. 4, pp. 451–457, 2015.
  60. D. C. Brown, M. Bell, and L. Rhodes, Power of treatment success definitions when the Canine Brief Pain Inventory is used to evaluate carprofen treatment for the control of pain and inflammation in dogs with osteoarthritis, American Journal of Veterinary Research, vol. 74, no. 12, pp. 1467–1473, 2013.
  61. P. B. Flor, K. V. Yazbek, K. K. Ida, and D. T. Fantoni, Tramadol plus metamizole combined or not with anti-inflammatory drugs is clinically effective for moderate to severe chronic pain treatment in cancer patients, Veterinary Anaesthesia and Analgesia, vol. 40, no. 3, pp. 316–327, 2013.
  62. M. A. Giuffrida, J. T. Farrar, and D. C. Brown, Psychometric properties of the Canine Symptom Assessment Scale, a multidimensional owner-reported questionnaire instrument for assessment of physical symptoms in dogs with solid tumors, Journal of the American Veterinary Medical Association, vol. 251, no. 12, pp. 1405–1414, 2017.
  63. H. Doit, R. S. Dean, M. Duz, and M. L. Brennan, A systematic review of the quality of life assessment tools for cats in the published literature, The Veterinary Journal, vol. 272, Article ID 105658, 2021.
  64. S. Lynch, K. Savary-Bataille, B. Leeuw, and D. J. Argyle, Development of a questionnaire assessing health-related quality-of-life in dogs and cats with cancer, Veterinary and Comparative Oncology, vol. 9, no. 3, pp. 172–182, 2011.
  65. A. E. Villalobos, Quality-of-life assessment techniques for veterinarians, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 519–529, 2011.
  66. K. V. Yazbek and D. T. Fantoni, Validity of a health-related quality-of-life scale for dogs with signs of pain secondary to cancer, Journal of the American Veterinary Medical Association, vol. 226, no. 8, pp. 1354–1358, 2005.
  67. P. A. D. Smith, S. Burnside, J. R. Helm, and J. S. Morris, Owner perceptions of radiotherapy treatment for veterinary patients with cancer, Veterinary and Comparative Oncology, vol. 17, no. 3, pp. 221–233, 2019.
  68. N. A. Denneberg and A. Egenvall, Evaluation of dog owners’ perceptions concerning radiation therapy, Acta Veterinaria Scandinavica, vol. 51, no. 1, p. 19, 2009.
  69. S. Tzannes, M. F. Hammond, S. Murphy, A. Sparkes, and L. Blackwood, Owners’ perception of their cats’ quality of life during COP chemotherapy for lymphoma, Journal of Feline Medicine & Surgery, vol. 10, no. 1, pp. 73–81, 2008.
  70. D. B. Bowles, M. C. Robson, P. E. Galloway, and L. Walker, Owner’s perception of carboplatin in conjunction with other palliative treatments for cancer therapy, Journal of Small Animal Practice, vol. 51, no. 2, pp. 104–112, 2010.
  71. M. B. Spitznagel and M. D. Carlson, Caregiver burden and veterinary client well-being, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 49, no. 3, pp. 431–444, 2019.
  72. C. Noli, S. Borio, A. Varina, and C. Schievano, Development and validation of a questionnaire to evaluate the Quality of Life of cats with skin disease and their owners, and its use in 185 cats with skin disease, Veterinary Dermatology, vol. 27, no. 4, p. 247, 2016.
  73. C. Noli, G. Minàfo, and M. Galzerano, Quality of life of dogs with skin diseases and their owners. Part 1: development and validation of a questionnaire, Veterinary Dermatology, vol. 22, no. 4, pp. 335–343, 2011.
  74. Y. Nakano, M. Matsushima, A. Nakamori et al., Depression and anxiety in pet owners after a diagnosis of cancer in their pets: a cross-sectional study in Japan, BMJ Open, vol. 9, no. 2, Article ID e024512, 2019.
  75. D. R. Eigner, K. Breitreiter, T. Carmack et al., 2023 AAFP/IAAHPC feline hospice and palliative care guidelines, Journal of Feline Medicine & Surgery, vol. 25, no. 9, Article ID 1098612X231201683, 2023.
  76. L. Lagoni, Bond Centered Cancer Care: an applied approach to euthanasia and grief support for your clients, your staff and yourself, in Withrow & MacEwen’s Small Animal Clinical Oncology, J. S. Withrow and D. M. Vail, Eds., pp. 333–346, Saunders/Elsevier, St Louis, MO, USA, 2007.
  77. J. R. Shaw, Relationship-centered approach to cancer communication, Withrow and MacEwen’s Small Animal Clinical Oncology, vol. 5, pp. 272–279, 2013.
  78. N. P. Field, L. Orsini, R. Gavish, and W. Packman, Role of attachment in response to pet loss, Death Studies, vol. 33, no. 4, pp. 334–355, 2009.
  79. M. Körner, Interprofessional teamwork in medical rehabilitation: a comparison of multidisciplinary and interdisciplinary team approach, Clinical Rehabilitation, vol. 24, no. 8, pp. 745–755, 2010.
  80. D. Hui, B. L. Hannon, C. Zimmermann, and E. Bruera, Improving patient and caregiver outcomes in oncology: team-based, timely, and targeted palliative care, CA: A Cancer Journal for Clinicians, vol. 68, no. 5, pp. 356–376, 2018.
  81. R. Downing, A case report: veterinary palliative care and hospice for a West Highland terrier with transitional cell carcinoma, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 677–681, 2011.
  82. M. H. Shaevitz, J. A. Tullius, R. T. Callahan, C. M. Fulkerson, and M. B. Spitznagel, Early caregiver burden in owners of pets with suspected cancer: owner psychosocial outcomes, communication behavior, and treatment factors, Journal of Veterinary Internal Medicine, vol. 34, no. 6, pp. 2636–2644, 2020.
  83. M. A. Giuffrida, D. C. Brown, S. S. Ellenberg, and J. T. Farrar, Development and psychometric testing of the Canine Owner-Reported Quality of Life questionnaire, an instrument designed to measure quality of life in dogs with cancer, Journal of the American Veterinary Medical Association, vol. 252, no. 9, pp. 1073–1083, 2018.
  84. C. Dupont, T. Smets, F. Monnet, M. Eneslätt, C. Tishelman, and L. Van den Block, The cultural adaptation of the Go Wish card game for use in Flanders, Belgium: a public health tool to identify and discuss end-of-life preferences, BMC Public Health, vol. 22, no. 1, p. 2110, 2022.
  85. S. Cox, Pharmacology interventions for symptom management, in Hospice and Palliative Care for Companion Animals, A. Shanan, J. Pierce, and T. Shearer, Eds., pp. 165–179, Wiley Blackwell, Hoboken, NJ, USA, 2017.
  86. S. Taylor, D. L. Chan, C. Villaverde et al., 2022 ISFM consensus guidelines on management of the inappetent hospitalised cat, Journal of Feline Medicine & Surgery, vol. 24, no. 7, pp. 614–640, 2022.
  87. G. M. Landsberg, T. Deporter, and J. A. Araujo, Clinical signs and management of anxiety, sleeplessness, and cognitive dysfunction in the senior pet, Veterinary Clinics of North America: Small Animal Practice, vol. 41, no. 3, pp. 565–590, 2011.
  88. F. Selter, K. Persson, J. Risse, P. Kunzmann, and G. Neitzke, Dying like a dog: the convergence of concepts of a good death in human and veterinary medicine, Medicine, Healthcare & Philosophy, vol. 25, no. 1, pp. 73–86, 2022.
  89. A. Cameron, K. Pollock, E. Wilson, J. Burford, G. England, and S. Freeman, Scoping review of end-of-life decision-making models used in dogs, cats and equids, The Veterinary Record, vol. 191, no. 4, p. e1730, 2022.

Источник: Veterinary Medicine International, Volume 2024, Article ID 5565837, https://doi.org/10.1155/2024/5565837. Copyright © 2024 Beatriz F. Paz et al. This is an open access article distributed under the Creative Commons Attribution License, which permits unrestricted use, distribution, and reproduction in any medium, provided the original work is properly cited.


СВМ 5/2026

Паллиативная помощь животным: кратко для владельцев

  • Паллиативная помощь нужна не для того, чтобы вылечить болезнь, а чтобы снять боль и другие тягостные симптомы и сохранить питомцу как можно более хорошее качество жизни.
  • Её не обязательно откладывать до конца лечения: она дополняет противоопухолевую терапию и полезна уже с момента постановки онкологического диагноза.
  • Хоспис для животных — помощь на последнем этапе тяжёлой болезни: от диагноза до смерти, естественной при поддержке хосписа или путём эвтаназии. Он поддерживает и самого владельца.
  • Спросите врача о вариантах лечения, их вероятных результатах и о том, за какими изменениями следить дома. Заранее обсудите, что делать при резком ухудшении, — так легче принять решение в кризисной ситуации.
  • Чтобы следить за самочувствием питомца, врачи используют шкалы качества жизни — например, оценивают боль, аппетит, питьё, гигиену, «счастье» и соотношение хороших и плохих дней. Ухудшение по шкале — повод для откровенного разговора с врачом.

Паллиативная помощь животным: вопросы и ответы

Что такое паллиативная помощь животным?

Это помощь, направленная на максимальный комфорт пациента и минимизацию страданий при одновременной поддержке владельца. Она включает лечение боли и других клинических признаков для улучшения качества жизни вне зависимости от развития заболевания и учитывает физические, эмоциональные и социальные потребности животного, а также потребности владельца.

Чем хоспис для животных отличается от паллиативной помощи?

По Руководству AAHA/IAAHPC хоспис — программа помощи животным на поздних стадиях прогрессирующего, ограничивающего жизнь заболевания: от постановки диагноза до смерти, естественной при поддержке хосписа или путём эвтаназии. Паллиативная помощь шире: это лечение пациентов с излечимыми или хроническими состояниями ради качества жизни животного и ухаживающего за ним лица. Хоспис входит в общую дисциплину паллиативной помощи.

Когда показана паллиативная помощь животным или хоспис?

При решении не проводить лечение, направленное на излечение; при неизлечимом заболевании; при неэффективности радикального лечения; при потребности в длительной интенсивной терапии; при прогрессирующем заболевании или травме с осложнениями; при хронических симптомах, нарушающих функциональность животного.

Какие шкалы применяют для оценки качества жизни онкологических пациентов?

Шкалу оценки симптомов у собак CSAS (Пенсильванский университет: 12 предопределённых и 2 дополнительных симптома за 10 дней), «Форму оценки лечения рака» (23 вопроса, для собак и кошек), шкалу HHHHHMM (критерии от 0 до 10) и шкалу 2005 года из 12 вопросов для оценки боли при раке у собак. Единого консенсуса по идеальному инструменту в ветеринарии пока нет.

Почему в паллиативной помощи так важна коммуникация с владельцем?

Открытая и честная информация даёт владельцу уверенность, позволяет участвовать в лечении и принимать информированные решения, поддерживает надежду и психосоциальное благополучие ухаживающего лица. Беседы о целях помощи и заблаговременные распоряжения помогают подготовиться к кризисным ситуациям, а предварительная консультация перед эвтаназией снимает сомнения владельца.

Вам также могут быть интересны
– Владельцам собак не хватает понятных разъяснений об окончании жизни питомцев
– В США опубликовали новые рекомендации по паллиативной помощи и содержанию кошек в хосписах
– Патофизиология гериатрических заболеваний у собак и кошек
– В Австралии запустили службу паллиативного ухода за собаками и кошками

[wpforms id="189076" title="false"]

Мы знаем, что для вас важно получать актуальную информацию в удобном для вас виде и формате. Не забудьте подписаться на удобные для вас каналы Zooinform.ru

Вход через Яндекс ID — webseed.ru