Кетамин и ветеринария: использование разрешено, проблемы остались

7

Евгений Назаренко

 

Летом этого года вышел на свободу Александр Шпак, петербургский ветеринарный врач, осуждённый за сбыт кетамина. Начало соответствующим делам в России Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков (Госнаркоконтроль) положила ещё в 2003 году. Ещё тогда по стране прокатилась волна громких дел, имевших разный исход. Где-то дело закрыли, где-то всё завершилось оправданием. Были и обвинительные приговоры, но наказание назначали условное. Потом, вроде бы, всё затихло. Врачи стали использовать какие-то другие препараты; кетамин, конечно, тоже по-тихому продолжали применять. А куда без него? Кетамин входит в Перечень основных лекарственных средств ВОЗ. Такие организации, как Всемирная медицинская ассоциация, Всемирная ветеринарная ассоциация, Всемирная ветеринарная ассоциация мелких домашних животных и другие объединения профессионалов признают этот препарат важным анестетиком; сейчас они ведут кампанию с целью предотвратить его ограничения со стороны ООН, которые лоббируют представители некоторых стран.

Александр Шпак был приговорён к реальному сроку в 2012-м, почти через десять лет после первой волны, когда врачей брали под стражу в момент введения кетамина кошке или собаке. А разрабатывать его начали в 2010-м, видимо, решив, что страсти поулеглись, и бдительность врачей ослабла. Угадали. Сотрудник ФСКН убедительно «сыграл» ветврача, которому для работы так нужен кетамин! Поверил ему аспирант Санкт-Петербургской академии ветеринарной медицины, да и попал на скамью подсудимых.

Чем должно заниматься ведомство по контролю за наркотиками? Правильно, — ловить наркодилеров, которые ответственны за высокий уровень наркомании в стране. По данным самого Госнаркоконтроля в 2014 году употребляли наркотики 8 миллионов человек, из них 3 миллиона — активные наркоманы, употребляющие препараты регулярно. При этом существует статистика, говорящая о том, что около 90% наркозависимых в стране являются потребителями героина и других опиоидных препаратов. Согласно «Всемирному докладу о наркотиках», изданному Управлением ООН по наркотикам и преступности, Россия является крупнейшим в Европе рынком героина.

На этом фоне деятельность ФСКН у всех вызывает вопросы. Чего стоит последний тренд этого ведомства — «маковые дела», когда за решётку попадают продавцы пищевого мака и кулинары, выпекающие с ним булочки.

Конечно, Александр Шпак таки продал кетамин наркополицейскому, которого искренне считал своим коллегой с Урала. Но на число «сидящих» на опиоидах трёх миллионов активных российских наркоманов это никак повлиять не могло.

Мы взяли у Александра небольшое интервью.

 

— Александр, ещё раз с освобождением вас. Тяжело возвращаться к нормальной жизни?

Спасибо большое. Знаете, возвращаться к нормальной жизни, конечно, тяжело, но одновременно приятно, так что эту тяжесть даже не замечаешь.

Сколько времени вы провели в заключении в общей сложности?

3 года и 5 месяцев. И ещё несколько дней.

В прессе уже неоднократно писали, что и как произошло, но хотелось бы всё-таки услышать историю из первых рук.

Вряд ли смогу рассказать что-то новое. Я познакомился с законспирированным сотрудником ФСКН, который представился ветеринарным врачом из Перми. Пообщались, и он попросил помочь ему приобрести кетамин. Я отказался. Через год ситуация повторилась, на сей раз мы были уже знакомы, и он говорил, что в Перми с наркозом беда, и достать неоткуда. Тем не менее, я опять отказался. Еще через полгода он опять позвонил и снова попросил о помощи. Так как я уже вроде как знал его, то согласился ему помочь. Потом ещё раз, спустя 3 месяца, я снова помог ему приобрести кетамин. Тут-то меня и задержали.

Преследование ветврачей со стороны Наркоконтроля началось в 2003 году, ваши злоключения — в 2010-м. Когда к вам обратился подставной «коллега», не возникло мысли, что это может быть провокация?

Поначалу, конечно, именно так я и подумал. Но после того, как я пообщался с этим человеком на протяжении некоторого времени, ему удалось убедить меня, что он на самом деле врач. Тем более что он по одному из образований — врач-анестезиолог и прекрасно владеет терминологией. Так что сомнения у меня пропали.

Практически все врачи, которые сроки за кетамин получили, отделались условным наказанием. Почему, по вашему мнению, в вашем случае приговор был таким жёстким?

Я часто думал над этим. Возможно, это была «показательная порка»… или ещё что-то. Не знаю. Вообще вопрос с кетамином надо было решать давно на уровне правительства, тем не менее, получилось то, что получилось.

Насколько я понимаю, у вас было несколько адвокатов. В интервью прессе во время процесса кто-то из них настаивал на условном сроке, а кто-то на полном оправдании. Как вы можете это прокомментировать?

Я не хочу оценивать их действия, у них у всех было своё виденье ситуации, и оно не всегда оказывалось схоже с моим. Что касается того, почему они не смогли между собой договориться, то чего можно было от них ожидать?..

Вы подавали жалобу в Европейский суд по правам человека, и она была принята к производству. На какой стадии сейчас находится процесс?

К сожалению, мой адвокат по Европейскому суду не может пока уточнить этот момент, так что и я ничего сказать не могу.

В вашу поддержку неоднократно проходили различные акции, собирались подписи под всевозможными петициями. Как вы считаете, насколько это повлияло на то, что вас всё-таки освободили по УДО?

Думаю, что на освобождение по УДО это не повлияло. А вот в психологическом отношении для меня и моих родителей все эти акции были бесценны. Ещё раз хочу сказать: большое всем спасибо за помощь и поддержку.

Согласно приговору, вам было запрещено работать по профессии в течение пяти лет. Этот запрет сейчас сохраняется? Чем вы планируете заниматься, пока приговор не отменён?

Этот запрет не просто сохраняется, он только начал действовать с момента моего выхода на свободу. Пока что я планирую обжаловать этот запрет. Сейчас хотелось бы закончить аспирантуру, а там — посмотрим, не буду забегать вперёд.

У нас, если человек «попадает в систему», выбраться практически нереально. Тем не менее, вы сейчас намереваетесь добиться полного снятия обвинений и отмены приговора. Вы считаете это реальным?

Я очень этого хочу, но насколько это реально, сказать не могу. С одной стороны, система действительно жёсткая. С другой стороны, я не раз слышал, что меньше 8 лет не дадут, но потом суд всё же скинул 3 года. Да и по УДО тоже вышел, хотя тоже все говорили, что не получится. Поживём — увидим.

Уголовное преследование и тюремное заключение нередко меняет человека — его взгляды, убеждения. Кого-то ломает, кого-то, наоборот, делает сильнее. Вы можете сказать про себя, что вы изменились за эти пять лет? И, если да, то в чём именно?

Мы все меняемся. Пять лет даже не в тюрьме — это существенный срок. Те люди, которые меня знали до заключения, говорят, что я не изменился, остался такой же, как был. Но сам я начал замечать, что по-другому смотрю на какие-то моменты в жизни. Насколько же это связанно с моим сроком, я не знаю. Главное, наверно, это то, что я научился больше ценить то, что у меня есть. В первую очередь — свободу, и хотелось бы, чтобы все научились тому же.

Проблема с кетамином в нашей стране так до конца и не решена. При этом он является необходимым и незаменимым. Даже WSAVA постоянно высказывается против запретов и ограничений на применение кетамина. Как вы считаете, вы можете что-то сделать для решения данной проблемы? И есть ли у вас такое желание?

Всё возможно сделать, и вода камень точит. Конечно, это должна быть планомерная работа, а не какие-то единичные потуги по поводу преследования очередного ветеринарного врача. Что касается моего желания, оно, конечно, есть. И желание очень большое. И хотелось бы решить проблему не только с кетамином, но и с применением других фармакологических препаратов в ветеринарии.

 

К сожалению, по традиции, в России только дурацкие инициативы реализуются быстро, с лёту. Законы, в которых действительно люди нуждаются, годами лежат под сукном. Обновлённый «Закон о ветеринарии» столько лет пылился в Думе в качестве проекта, что в некоторых пунктах устарел уже в момент принятия. Только в этом году утверждены нормативы для расчёта потребности в кетамине для ветеринарного применения. А ряд документов отсутствуют в нормальном виде до сих пор.

Мы попросили прокомментировать сегодняшнюю ситуацию с кетамином и другими препаратами для наркоза известных врачей, которые все эти годы принимали участие в вопросе.

 

Евгений Корнюшенков, к.б.н., главный врач ветеринарной клиники «Биоконтроль», президент ВИТАР, действительный член AVA, руководитель проекта VASTA Russia, член рабочей группы по наркотикам при МСХ РФ:

С 2003 г. по законодательству Российской Федерации кетамин разрешён к применению у животных. Официально работать с кетамином начали с 2014 г. Проблема все эти годы заключалась, прежде всего, в том, что люди, проводившие закон по кетамину для использования в ветеринарии, не учли ряд организационных моментов. Ситуацию изменила комиссия по законному обороту наркотических средств и психотропных веществ (НС и ПВ) в ветеринарии, так как ключевую роль в работе этой комиссии стали играть ветеринарные анестезиологи (в том числе, члены ВИТАР), а не чиновники. Сегодня, клиники имеющие лицензию на использование НС и ПВ могут абсолютно спокойно закупать и использовать кетамин. Таких учреждений в России сейчас 23, и ещё многие собираются получать лицензии. Что касаемо кетамина в целом и ситуации в мире, не так давно производился большой опрос в различных странах (это план ООН) о возможности исключения кетамина из списка средств, подлежащих контролю. Эти петиции подписываются во всем миру, и есть вероятность, что кетамин в каких-то странах будет доступен без лицензии. Но в нашей стране этот вопрос, думаю, очень дискутабелен.

 

Сергей Середа, к.в.н., президент Ассоциации практикующих ветеринарных врачей, директор ветеринарной клиники «Центр», заслуженный ветеринарный врач Российской Федерации:

— На сегодняшний день существует новая редакция Приказа Минсельхоза России N 1580, Минздрава России N 619 от 29.12.2003 «Об утверждении перечня наркотических средств и психотропных веществ, используемых в ветеринарии». Перечень расширен 21 августа 2014 года и доведён, если мне не изменяет память, до 8 наименований, в т. ч. в него включены и фентанил с промедолом. Это то, чего добилась рабочая группа по наркотикам при Минсельхозе, и это — безусловное достижение. Осуществить всё это стало возможным благодаря тому, что пришла новая руководитель Департамента ветеринарии. До неё никто ничего не делал. Она же знала ситуацию, поскольку пришла «из практики», и сама стала выступать с инициативами. Поэтому заработала комиссия, появились соответствующие списки и т. п. Но на этом история не заканчивается. Дело в том, что эти средства и вещества должны быть зарегистрированы в качестве лекарственных препаратов для ветеринарного применения. А зарегистрирован на сегодняшний день, насколько мне известно, только кетамина гидрохлорид. Вроде бы организационная часть работы сделана, и теперь бизнес должен делать свою часть. Однако оборот этих препаратов незначительный; головной боли с процессом их регистрации много, а денег от них мало. На этом процесс и застопорился. Отсутствует экономическая целесообразность для импорта и производства ветеринарных препаратов, в состав которых входят НС и ПВ. Другой тормозящий момент — это необходимость получения лицензии на хранение и применение наркотических средств и психотропных веществ. Если посмотреть статистику, в ветеринарии получили такие лицензии пока что единицы. А на оптовую реализацию наркотических средств и психотропных веществ в ветеринарии есть на всю Россию всего одна лицензия. Клиники пользуются сейчас, в основном, тилетаминсодержащими препаратами, поскольку они пока не включены в перечень ни наркотиков, ни психотропов. Кроме того, индивидуальные предприниматели не могут использовать НС и ПВ, это возможно только для ООО, тогда как многие клиники зарегистрированы именно как ИП. Как всё это будет решено в дальнейшем, сказать не могу. Пути решения есть уже сейчас, и нам они известны, но для массового хождения по этим дорогам нужно суметь не утонуть в юридической казуистике, на что в ветеринарии способны не многие. Так что, зная, как у нас всё происходит, я настроен скептически. И еще немаловажный, а может быть и основной момент, мешающий в целом видеть проблему с применением НС и ПВ в ветеринарии — наркотики с психотропами и лекарственные препараты, в состав которых входят НС и ПВ — очень близкие, но разные понятия. И этот нюанс в деятельности рабочей группы не учитывается. Надеюсь, что на ближайшем Московском международном ветеринарном конгрессе ветеринарное сообщество выскажет своё видение взаимодействия фармацевтической деятельности и деятельности по обращению НС и ПВ в ветеринарии.

История с Александром Шпаком безобразная. Я был в числе подписавших письмо в его защиту, молодцы люди, которые собрались и занимались этим, хорошо, что теперь он на свободе. А машина Госнаркоконтроля как была репрессивной, так и осталась. Методы остались такими же грязными. Надо же было из-за какой-то ерунды пасти человека год! Радует, что не до конца он отсидел, всё-таки, если бы не общественное мнение и эти подписи, вряд ли бы он вышел досрочно. Надеюсь, что ему хватит сил, и он будет дальше заниматься своим делом.

 

Дмитрий Дмитриев, главный врач Крылатской ветеринарной клиники, вице-президент Анестезиологического ветеринарного общества, член Союза предприятий зообизнеса, член рабочей группы по наркотикам при МСХ РФ:

Было бы неправдой утверждать, что кетаминовая проблема в российской ветеринарии не сдвигается с мертвой точки. Как ни печально об этом говорить, но полагаю, что некоторому прогрессу в этой сфере способствовали многочисленные суициды онкологических больных, а также активность общественных ветеринарных организаций. Я имею в виду инициацию создания рабочей группы по наркотикам при Минсельхозе Российской Федерации. В 2015 году были утверждены нормативы расчёта потребности в кетамине в ветеринарии, предложены поправки в закон о наркотиках в части касающейся ветеринарной сферы, подготовлен проект постановления правительства РФ по увеличению квоты на карфентанил, необходимый для зоопарковых и диких животных. Предложены и приняты поправки в ПП № 1148 и № 449, снижающие административные и материальные издержки ветеринарных клиник, осуществляющих хранение и перевозку наркотических средств и психотропных веществ. При этом нужно отметить, что долгожданные поправки в ведомственный приказ МВД/ФСКН № 855/370 «О технических требованиях к помещениям и объектам» так пока и не приняты, хотя проект этих поправок подписан уже давно. Изменения в этом приказе необходимы, поскольку требования действующей редакции не под силу выполнить небольшим ветеринарным клиникам.

Увы, но весь этот прогресс пока привел только к следующему. На сегодняшний день немногочисленные ветеринарные организации (23 клиники по всей стране) могут пользоваться кетамином, что называется, полузаконно: некоторые фармации продают им медицинский кетамин, а уполномоченные государственные организации отмахиваются от ветеринарных врачей, как от назойливых мух. Т. е. государственные бизнес-структуры — фармации, на которые возложена Законом о наркотиках функция распределения (продажи) кетамина, не желают это осуществлять. Ветеринарных клиник с лицензией мало, с нормативной базой никто из госструктур не желает знакомиться, и живут по принципу «как бы чего не вышло». Хотя 10-процентный ветеринарный кетамин уже год как зарегистрирован. Инициативные регистраторы из Санкт-Петербурга потратили немалые деньги, а к дистрибьютору — Государственному заводу медицинских препаратов никто за ветеринарным кетамином не обращается.

Полагаю, что для изменения существующего порядка необходимо перенести кетамин из Второго списка наркотических средств и психотропных веществ в Третий список, что позволит осуществлять его распределение (продажу) и негосударственным уполномоченным организациям. Может быть, они окажутся порасторопнее. Не исключено, что для расширения рынка сбыта в ветеринарии необходимы поправки в федеральное законодательство, которые допустили бы в эту сферу и индивидуальных предпринимателей. Ведь большинство ветеринарных клиник оформлены как ИП и сейчас в условиях кризиса им не до жиру. Подавляющее большинство не хотят расставаться с преимуществами ИП и регистрировать ООО ради получения заветной лицензии на наркотики.

По поводу Саши Шпака. Наиболее точной характеристикой этого дела будет афоризм товарища Ленина: «формально правильно, а по существу издевательство». Никак иначе я не могу охарактеризовать подлые действия оперативника ФСКН, который втерся в доверие, а потом попросил выручить как коллега коллегу и продать кетамин. Вот и вчинили несчастному Саше самый тяжёлый пункт — «сбыт» — статьи 228. Разумеется, никому в российском обществе легче не стало от того, что посадили ветврача. Фактически за то, что многочисленные и многолюдные органы государственной власти десять лет ничего не делали в сфере оборота наркотиков в ветеринарии. Гораздо легче осудить маленького безобидного человека и победоносно отчитаться об успехах, чем действительно заниматься поимкой реальных драгдилеров.

 

Михаил Альшинецкий, главный ветеринарный врач Московского зоопарка, член рабочей группы по наркотикам при МСХ РФ:

В настоящее время, благодаря заинтересованности Департамента Ветеринарии и Минздрава, а также настойчивости ветеринарных врачей Москвы и Санкт-Петербурга, стало возможным кардинально изменить ситуацию в сфере оборота сильнодействующих и наркотических препаратов в ветеринарии в нашей стране. Разработаны основные нормативные документы, позволяющие уже сейчас при наличии лицензии приобретать кетамин и ряд опиодных анальгетиков и бензодиазепинов. Работа продолжается, и сейчас мы надеемся добиться смягчения условий для получения лицензии.

 

Как можно видеть, у самих специалистов сегодня отсутствует единый взгляд на проблему. Однозначно дело сдвинулось с мёртвой точки, но до идеала далеко. Каковы перспективы — предсказать мы не решимся.

Проблема с наркотическими средствами и психотропными веществами не в том, есть у кетамина или какого-то другого вещества аналоги или нет. А в том, что у специалиста должен быть полноценный выбор средств, с которыми он работает. Кетамин был специально разработан как безопасный анестетик. Да, в мировой практике известны смертельные случаи от передозировки кетамином. Ну и что? Представьте, что завтра строителям запретят строить из кирпича. А потому что кирпич — это очень опасная штука. Если им по голове ударить. И ведь найдётся масса людей, которые потом на форумах в Интернете будут писать, что существует множество других строительных материалов, которые, как минимум, ничуть не хуже кирпичей, поэтому надо перестать всем истерить по этому поводу. Абсурд? Но ведь в ветеринарной анестезиологии в нашей стране происходит то же самое. И на форумах можно встретить фразы самих врачей типа «да кому он нужен, этот кетамин». Нужен. И не только он, а полный набор препаратов, чтобы хирург или анестезиолог не ломал голову, что же ему использовать на работе, дабы животное прооперировать, и оно не умерло на операционном столе.

В современном мире нормальное государство должно выполнять одну функцию: создавать людям условия для нормальной жизни и нормальной трудовой деятельности. Где врачи лечат, а не сидят по тюрьмам.

Оценить материал
Нравится
Нравится Поздравляю Сочувствую Возмутительно Смешно Задумался Нет слов
7

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Подписка на новости

После отправки заполненной формы Вам на почту придёт письмо со ссылкой для подтверждения рассылки. Если Вы не видите письма, проверьте папку «Спам». Если не подтвердить рассылку, мы не сможем отправлять её Вам.






Нажимая на кнопку «Подписаться», я даю согласие на обработку персональных данных
Я ознакомлен с политикой конфиденциальности

Close