Проспективная оценка сердечно-лёгочной реанимации, проведённой на собаках и кошках в соответствии с рекомендациями RECOVER. Часть 1: Прогностические факторы в соответствии с «Утштейн стилем»

 

Sabrina N. Hoehne1, Steven E. Epstein2 and Kate Hopper2
1 William R. Pritchard Veterinary Medical Teaching Hospital, School of Veterinary Medicine, University of California, Davis, Davis, CA, United States,
2 Department of Veterinary Surgical and Radiological Sciences, School of Veterinary Medicine, University of California, Davis, Davis, CA, United States

 


От редактора рубрики

Представители Американской ассоциации сердца (American Heart Association, AHA) и Европейского совета по реанимации (European Resuscitation Council, ERC) дважды встречались в 1990 году, чтобы установить единые термины и определения при внегоспитальной реанимации: первая встреча прошла в историческом городе Утштейн (Utstein Abbey, расположенном около Ставангера в Норвегии), вторая — в графстве Суррей (Англия). Так возник «Утштейн стиль» или «Утштейн формат» (набор руководящих принципов для единообразного уведомления) — глоссарий согласованных терминов и модель передачи данных при попытке реанимации в случаях остановки сердечной и дыхательной деятельности. Данная модель впервые детализировала список событий, которые должны быть включены в отчётах, определила конкретные временные интервалы, связанные с сердечно-лёгочной реанимацией (СЛР), а также дала рекомендации для привлечения систем экстренного медицинского реагирования. «Утштейн формат» используется до сих пор при регистрации случаев остановки сердца (справка дана по данным ISSN 2312-7015. Кардиология: от науки к практике. 2017. № 3 (27)).


Ключевые слова: сердечно-лёгочная реанимация; рекомендации; остановка сердечной деятельности; факторы, влияющие на исход; собака; кошка.


 

Введение

 

В последние годы возрастает осведомлённость о важности сердечно-лёгочной реанимации (СЛР) в ветеринарии. В 2012 году были опубликованы клинические методические рекомендации по ветеринарной СЛР Кампанией по переоценке ветеринарной реанимации (RECOVER — Reassessment Campaign on Veterinary Resuscitation). В них были сформулированы первые основанные на доказательствах рекомендации по проведению СЛР у собак и кошек, а также заложена основа для более единообразного обучения СЛР ветеринарных специалистов [1].

Ранее были определены несколько факторов, ассоциированных с повышением частоты возвращения спонтанного кровообращения (ROSC — return of spontaneous circulation) и процентом выживаемости при проведении ветеринарной СЛР. Они включают в себя переменные, относящиеся к месту проведения реанимации (госпиталь), пациенту, и условиям возникновения остановки сердца (ОС): такие как количество людей, участвующих в реанимации, ОС из-за абсолютной или относительной передозировки препарата, короткое время до начала СЛР, меньшая продолжительность СЛР, пальпируемый пульс во время СЛР и наличие внутривенного катетера во время остановки сердца и дыхания (CPA — cardiopulmonary arrest) [24]. Возможно, что с более единообразным подходом к СЛР у собак и кошек, следующим последует за внедрением методических рекомендаций RECOVER, будут выявлены и другие факторы, влияющие на исход у пациента.

Для объективного изучения СЛР и сравнения характеристик популяции пациентов и исходов у пациентов в разных лечебных центрах необходимо использовать единую и стандартизированную терминологию. В медицине человека рекомендации по отчётности о случаях СЛР были впервые опубликованы в 1991 году под названием «„Утштейн стиль” — набор руководящих принципов для единообразного уведомления об внегоспитальной остановке сердца» [5]. Эти принципы часто обновляются, и с того времени было опубликовано несколько других методических рекомендаций «Утштейн стиля» для составления отчётов по другим специфическим сценариям СЛР [6–11]. Совсем недавно по инициативе RECOVER были выпущены методические рекомендации «Утштейн стиля» для единообразных отчётов о внутрибольничной СЛР у собак и кошек [12]. На данный момент есть только одно проспективное ветеринарное исследование, в котором изучалась одна мониторируемая переменная, которая может прогнозировать улучшенный исход СЛР при использовании ветеринарного определения ROSC, согласно «Утштейн стилю» [13].

Цель данного проспективного исследования заключалась в переоценке ранее описанных факторов, ассоциированных с положительным исходом у собак и кошек, которым проводили СЛР в университетском учебном госпитале после внедрения методических рекомендаций RECOVER по ветеринарной СЛР. Второй целью было выявить новые факторы, ассоциированные с улучшенным исходом СЛР у собак и кошек по определению рекомендаций «Утштейн стиля» для единообразных отчётов о внутрибольничной СЛР у собак и кошек 2016 года [12].

 


Аббревиатуры: ACVECC — American College of Veterinary Emergency and Critical Care — Американский колледж ветеринарной неотложной помощи и интенсивной терапии; ALS — Advanced Life Support — расширенное жизнеобеспечение; APPLE — Acute Patient Physiologic and Laboratory Evaluation – шкала физиологической и лабораторной оценки состояния экстренного пациента; BLS — Basic Life Support — базовое жизнеобеспечение; ДИ — доверительный интервал; CPA — Cardiopulmonary Arrest — остановка сердечной и дыхательной деятельности; СЛР — сердечно-лёгочная реанимация; DACVECC — Diplomate of the American College of Veterinary Emergency and Critical Care — дипломант Американского колледжа ветеринарной неотложной помощи и интенсивной терапии; DOA — Dead on Arrival — мёртв по прибытии; ЭКГ — электрокардиограмма; ER — Emergency Room — отделение неотложной помощи; EtCO2 – парциальное давление углекислого газа в конце выдоха; IHCA — In-hospital Cardiac Arrest — внутрибольничная остановка сердца; в/в катетер — внутривенный катетер; OHCA — Out-of-hospital Cardiac Arrest — внебольничная остановка сердца; OR — отношение шансов; RECOVER — Reassessment Campaign on Veterinary Resuscitation — Кампания по переоценке ветеринарной реанимации; ROSC — Return of Spontaneous Circulation — возвращение спонтанного кровообращения; ОС — остановка сердца.


 

Материалы и методы

 

В это исследование были проспективно включены все собаки и кошки, у которых возникала CPA и которым проводилась СЛР в период с декабря 2013 года по июнь 2018 года в Учебном госпитале ветеринарной медицины им. Вильяма Р. Притчарда в Университете Калифорнии в Дэвисе. CPA констатировалось, если животное было без сознания и у него не было признаков как спонтанного кровообращения (отсутствие определяемого пульса или сердцебиения), так и спонтанного дыхания, либо возникали только редкие отрывистые вдохи [12]. СЛР для целей этого исследования определялась как попытка восстановить спонтанное кровообращение с помощью компрессии грудной клетки и полный отчёт о деталях клинического случая ограничивался животными, получившими компрессию грудной клетки [2, 12]. Если у пациента возникали множественные случаи остановки сердца, то для данного исследования описывался и анализировался только первый случай CPA и СЛР. Считалось, что у пациента возникла CPA во время анестезии, если СРА возникла в процессе проведения общей анестезии, на индукции общей анестезии, в период восстановления (в процессе просыпания в зоне восстановления после анестезии до успешной экстубации), а также если пациент получал седацию для проведения процедуры. Затем эти пациенты делились на подклассы для анализа в зависимости от того, получали они уход сотрудников анестезиологического или другого отделения.

В период исследования СЛР в нашей организации проводили в соответствии с клиническими методическими рекомендациями RECOVER по ветеринарной СЛР за исключением времени введения вазопрессоров и атропина [1]. Вкратце, базовое жизнеобеспечение (BLS) начиналось сразу после выявления CPA и состояло из обеспечения циркуляции с помощью компрессии грудной клетки, оротрахеальной интубации и вентиляции с положительным давлением 100% кислородом [1]. Расширенное жизнеобеспечение (ALS) состояло из мониторинга электрокардиограммы (ЭКГ) и парциального давления углекислого газа в конце выдоха (EtCO2), обеспечения венозного доступа, введения эпинефрина и атропина, а также применения препаратов, реверсирующих действие анестезии, или электрической дефибрилляции по показаниям [1]. По протоколу нашего университета вазопрессоры и атропин вводятся сразу же, как только получен венозный доступ, без ожидания интерпретации ЭКГ. При возможности BLS и ALS проводятся одновременно, но, если количество персонала, участвующего в СЛР, ограничено, ALS проводится только после того, как начато BLS.

Во время проведения СЛР велись заметки о важных событиях реанимации и тайминге. В дополнение к этому для каждого случая СЛР ведущий клиницист сразу после завершения реанимационных мероприятий заполнял специально разработанную форму для учёта данных (Дополнительный материал). Во время всего исследования использовалась одна и та же форма для учёта данных. Она была разработана в 2013 году на основе определений и шаблонов отчётов «Утштейн стиля» для СЛР человека [14]. Данные, заносившиеся в форму, включали три блока информации о случае СЛР: вид животного, условия, при которых произошла остановка сердца, и исход.

Вся информация о животном, условиях, при которых произошла ОС, и исходе, за исключением компрессии грудной клетки, записывалась в соответствии с требованиями ветеринарных методических рекомендаций «Утштейн стиля» [12]. Все дополнительные параметры животного и остановки сердца записывались, как предложено в ветеринарных методических рекомендациях «Утштейн стиля» [12]. Дополнительные параметры исхода: «дата и время экстубации»; «30-дневная выживаемость»; «дата смерти после выписки» и «причина смерти после выписки» — не записывались в форму о данных СЛР. Дополнительные данные, не указанные в ветеринарных методических рекомендациях «Утштейн стиля», включали возможную причину ОС, основанную на оценке старшим врачом клинического случая во время CPA, квалификацию старшего врача и количество персонала, задействованного в реанимационных мероприятиях. Время от CPA до СЛР у животных мёртвых по прибытии (DOA) оценивалось на основании информации, полученной от владельца, а у пациентов с внутригоспитальной остановкой сердца, произошедшей без свидетелей, — на основании того, когда последний раз пациента наблюдали живым или оценивали его витальные функции. В данной статье представлена прогностическая информация, в то время как дополнительную описательную информацию относительно исходов у пациентов можно найти в сопутствующих публикациях.

Отсутствующие данные в любой из категорий ретроспективно брали из медицинской истории. Некоторые определения в форме, созданной в 2013 году, были взяты из методических рекомендаций «Утштейн стиля» для гуманной медицины и не полностью соответствовали категориям, опубликованным в 2016 году в ветеринарных методических рекомендациях «Утштейн стиля». Для них были сделаны ретроспективные поправки перед анализом данных.

 

Статистический анализ

 

Исходы пациентов, представляющие интерес для данного исследования, — это любое ROSC, устойчивое ROSC и доживание до выписки из госпиталя. Для анализа исходов использовалась модель логистической регрессии с несколькими переменными. Таким образом, любое ROSC определялось по клиническим признакам восстановления эффективной циркуляции крови, таким как: пальпируемый пульс, систолическое АД >60 мм рт. ст. и наличие пульсовой волны при инвазивном измерении АД, или значимое повышение EtCO2 на протяжении как минимум 30 секунд [12]. Устойчивое ROSC определялось как ROSC продолжительностью более 20 минут [12]. Для каждого из трёх вариантов исхода возможный эффект на исход у пациента исследовался по 20 независимым переменным. Госпитальные переменные включали время дня, когда произошла CPA (дневное время с 07:00 до 18:59 и ночное время с 19:00 до 06:59); присутствие дипломанта Американского колледжа ветеринарной неотложной помощи и интенсивной терапии (DACVECC), резидента Американского колледжа ветеринарной неотложной помощи и интенсивной терапии (ACVECC) или интерна отделения неотложной помощи во время CPA, и максимальное число людей, задействованных в реанимационных мероприятиях. Переменные, относящиеся к животным, включали вид, пол, вес, является ли животное пациентом анестезиологического отделения, был ли пациент под общей анестезией во время CPA. Проанализированные переменные, относящиеся к остановке сердца, включали искусственные дыхательные пути (например, интубированная трахея. — Примеч. ред.); ЭКГ-мониторинг; мониторинг EtCO2; инвазивный мониторинг АД; наличие любого (периферического или центрального) в/в катетера во время CPA; внутригоспитальная CPA; произошла ли CPA при свидетелях; пальпируемый пульс во время СЛР; время до введения жизнеспасающих препаратов и проводилась ли СЛР с открытой грудной клеткой.

Пять дополнительных переменных, представляющих интерес, не были включены в выбор модели с несколькими переменными, поскольку отсутствовало большое количество данных. Это время начала СЛР, самое высокое значение EtCO2 во время СЛР, время интубации, были ли первые детектируемые ритмичные сокращения сердца вызваны дефибрилляцией, и общая длительность СЛР.

Был проведён анализ по одной переменной для всех параметров, для последующего изучения были выбраны параметры со значением p <0,10. Анализ логистической регрессии с несколькими переменными проводился отдельно для любого ROSC, устойчивого ROSC, и выживания до выписки из госпиталя, для анализа использовались публично доступные компьютерные программы [15]. Для выбора переменных использовался прямой и обратный процесс отбора с применением информационного критерия Акаике. Затем вручную проводился поиск для более точной модели с учётом р-значений. После этого вычислялось отношение шансов (OR; 95% доверительный интервал (ДИ). Результаты будут представлены как OR (95% ДИ). Р-значения <0,05 считаются статистически значимыми.

 

Результаты

 

Исход у пациентов

За период проведения исследования из 177 125 визитов с собаками и кошками в госпиталь было зарегистрировано 219 случаев СЛР (0,12%) у 172 собак и 47 кошек. Из пациентов, которым проводилась СЛР, у 46% (101/219) удалось добиться какого-либо ROSC, а у 54% (118/219) — нет. У 18% пациентов (40/219) продолжительность ROSC составила от 30 секунд до < 20 минут, у 18% (40/219) удалось добиться устойчивого ROSC на 20 минут и более, а 10% (21/219) дожили до выписки из госпиталя; см. рисунок 1.

 

Рисунок 1. Данные по исходам у собак и кошек, у которых произошла остановка сердечной и дыхательной деятельности и которым проводилась сердечно-лёгочная реанимация. CPA — остановка сердечной и дыхательной деятельности; СЛР — сердечно-лёгочная реанимация; ROSC — возвращение спонтанного кровообращения

 

Из животных, у которых ROSC длилось от 30 секунд до < 20 минут, 63% (25/40) было эвтаназировано. Из животных с устойчивым ROSC 34% (21/61) дожили до выписки из госпиталя. Из животных с устойчивым ROSC, но не доживших до выписки из госпиталя, 54% (33/61) было эвтаназировано.

Переменные, связанные с госпиталем

Из 219 пациентов, включённых в это исследование, у 62% (135/219) остановка сердца происходила между 7 часами дня и 7 часами вечера, а у 38% (84/219) — между 7 часами вечера и 7 часами дня. Для одного случая СЛР не был указан статус старшего врача. В остальных случаях СЛР человеком с самым высоким уровнем подготовки был DACVECC в 58% случаев (126/218), резидент ACVECC — в 20% случаев (43/218) и интерн отделения неотложной помощи в 16% случаев (34/218). В оставшихся 6% случаев СЛР проводилась под контролем дипломанта и резидента не из ACVECC. Среднее число людей, участвующих в реанимационных мероприятиях, было 6 (n = 214, интервал от 2 до 20).

Переменные, связанные с животными

Из 219 пациентов с CPA 172 были собаки и 47 — кошки. Из всех животных, включённых в это исследование, 10% были интактными самками (21/219), 33% — стерилизованными самками (72/219), 17% интактными самцами (38/219) и 40% кастрированными самцами (88/219). У 45% от всех пациентов (98/219) вес был определён примерно на основании внешнего вида пациента, либо на основании записей направившего ветеринарного врача, либо на основании медицинских записей, сделанных в госпитале во время предыдущего визита. Средний вес пациента в данном исследовании составил 8 кг (n = 219, интервал от 0,3 до 71 кг). Было сочтено, что у 15% собак (25/172) и 28% кошек (13/47) CPA произошла во время анестезии. Из собак, у которых случилась CPA во время анестезии, у 64% (16/25) удалось добиться какого-либо ROSC, а у 36% (9/25) — нет. Из собак, у которых не удалось добиться ROSC после CPA во время анестезии, у большинства CPA произошла во время общей анестезии (6/9, 67%), а у трети пациентов — во время седации для проведения процедуры (3/9, 33%). У большинства собак, у которых удалось добиться ROSC, CPA произошла во время седации для проведения процедур (6/16, 38%), у 31% (5/16) — во время общей анестезии, у 25% (4/16) — во время восстановления после анестезии и у 6% (1/16) — на индукции анестезии. Из кошек, у которых произошла CPA во время анестезии, у 77% (10/13) удалось добиться какого-либо ROSC, и только у 23% (3/13) — нет. У одинакового количества кошек, у которых не удалось добиться ROSC, CPA произошло во время общей анестезии, во время восстановления после анестезии или во время седации для проведения процедуры (1/3, 33%). У кошек, у которых удалось добиться какого-либо ROSC, у 40% (4/10) CPA произошла во время седации для проведения процедуры, у 40% (4/10) — во время общей анестезии, у 10% (1/10) — во время индукции анестезии и у 10% (1/10) — во время восстановления после анестезии.

Тяжесть заболевания перед остановкой сердца, определявшаяся по собачьей и кошачьей шкалам APPLEfast, ретроспективно была вычислена только у 33 из 219 пациентов (15%). Это помешало включить оценку по APPLEfast в многомерную модель исходов.

Переменные, связанные с эпизодом остановки сердца

На момент CPA только у незначительной доли пациентов уже было базовое жизнеобеспечение или они были подключены к оборудованию для мониторинга. Только 9% пациентов (20/219) имели искусственные дыхательные пути, у 28% пациентов (61/219) был мониторинг ЭКГ, капнография или капнометрия проводилась у 6% пациентов (13/219), а инвазивное измерение АД проводилось у 5% пациентов (11/219). Среднее время интубации было записано у 141 пациента и составляло 1 минуту (интервал от < 1 минуты до 15 минут). У 68% пациентов (149/219) был установлен в/в катетер (периферический, центральный или оба).

В данном исследовании большинство эпизодов CPA происходило в госпитале (73%, 160/219) и у 27% пациентов (59/219) случилась остановка сердца вне больницы. В 75% случаев (164/219) CPA происходила при свидетелях: либо при владельце, либо при сотруднике госпиталя; 25% случаев (55/219) происходили без свидетелей. Для трёх пациентов отсутствуют медицинские записи о применении жизнеспасающих препаратов. Из оставшихся 216 пациентов, 82% (177/216) получали атропин и эпинефрин, 9% пациентов (20/216) получали только эпинефрин и 4% пациентов (9/216) получали только атропин. В случае одновременного применения обоих препаратов среднее время до введения было одинаково для обоих препаратов (2 минуты, интервал от 0 до 15 минут для эпинефрина и интервал от 0 до 22 минут для атропина). Среднее время до введения любого из жизнеспасающих препаратов составило 2 минуты (интервал от 0 до 15 минут).

Информация о том, прощупывался ли пульс на бедренной артерии во время компрессии грудной клетки, доступна для 183 пациентов. Из них пульс не пальпировался у 48% пациентов (88/183), а у 52% пациентов (95/183) пальпировался.

Прямой массаж сердца проводился только у 3% пациентов (7/219), в то время как у 97% пациентов (221/219) проводили непрямой массаж сердца. Из 219 случаев СЛР в 192 случаях присутствующие во время СЛР врачи отмечали, что прямой массаж сердца был показан в 20 случаях (20/219, 10%), включая 7 случаев, в которых он был выполнен. Причины, перечисленные в качестве показаний для открытого массажа сердца, включали размер пациента (n = 5), болезни плевральной полости (n = 6), болезни перикарда (n = 3), болезни грудной стенки (n = 3) и неэффективный непрямой массаж сердца
(n = 8). В 13 случаях, в которых не был проведён прямой массаж сердца, несмотря на очевидные показания, причины отказа от данной процедуры были следующие: желание владельца (n = 5), оценка усилий как тщетных старшим врачом
(n = 7), появление пальпируемого пульса при непрямом массаже сердца несмотря на большой размер собаки (n = 1).

Создание моделей с несколькими переменными для исходов у пациентов

Для трёх вариантов исхода у пациентов было создано пять моделей с несколькими переменными, результаты представлены в таблице 1. Одна из переменных, связанная с эпизодом остановки сердца, а именно наличие пальпируемого пульса во время компрессии грудной клетки, была тесно связана с исходом у пациента в одномерном анализе (данные не показаны), но при этом в анализе было 36 точек недостающих данных. Из-за этой тесной связи в одномерном анализе были созданы две модели: одна включала изменения в наличии пальпируемого пульса (n = 177), а одна — нет (n = 205) для случаев с любой ROSC и устойчивой ROSC. Для исхода «выживание до выписки из госпиталя» получилось создать только модель, которая не включала в себя возможное присутствие пальпируемого пульса, из-за небольшого количества пациентов с данным исходом. Также некоторые переменные, связанные с эпизодом остановки сердца, такие как место, в котором произошла ОС, и проводился ли прямой массаж сердца, пришлось исключить из модели для анализа исхода «выживание до выписки из госпиталя», поскольку ни один пациент, у которого случилась внегоспитальная остановка сердца или которому проводился открытый массаж сердца, не дожил до выписки из госпиталя.

 

Переменные, связанные с каким-либо ROSC

У трёх из пяти переменных, относящихся к госпиталю, была найдена связь с исходом «любое ROSC». Они показали отрицательную обратную связь с увеличением количества персонала, задействованного в реанимационных мероприятиях [OR 0,8 (0,66 — 0,96)], положительную обратную связь с присутствием DACVECC во время СЛР [OR 2,29 (1,01 — 5,18)] в модели, включающей только пальпируемый пульс (n = 177), и отрицательную обратную связь с CPA, происходившей в ночное время [OR 0,52 (0,27 — 0,98)], в модели, исключающей пальпируемый пульс (n = 205). Из пяти проанализированных переменных, связанных с животным, у кошек вероятность достижения какого-либо ROSC была выше в 2,72 раза, чем у собак [OR 2,72 (1,12 — 6,61)]. У пациентов с небольшим весом вероятность достижения какого-либо ROSC была значительно выше, и каждый килограмм прибавки в весе делал достижение ROSC в 0,97 раза менее вероятным [OR 0,97 (0,95 — 0,99)]. Три переменных, относящихся к эпизоду остановки сердца: пальпируемый пульс во время СЛР [OR 9,27 (4,16 — 20,63)]; наличие в/в катетера на момент CPA [OR 5,07 (2,12 — 12,07); OR 3,18 (1,57 — 6,43)] в обеих моделях и остановка сердца при свидетелях [OR 3,45 (1,57 — 7,55)] — были тесно связаны с более вероятным достижением какого-либо ROSC.

Переменные, ассоциированные с устойчивым ROSC

Две переменные, относящихся к госпиталю, — CPA, произошедшая в ночное время [OR 0.45 (0,21 — 0,97)], и количество персонала, задействованного в реанимационных мероприятиях, обратно пропорционально вероятности достижения устойчивого ROSC у пациента. Каждый дополнительный человек, задействованный в реанимационных мероприятиях, снижал вероятность достижения устойчивого ROSC на 0,79 [OR 0,79 (0,66 — 0,94)]. Ни одна из проанализированных переменных, относящихся к животным, не была значимо связана с достижением устойчивого ROSC. Из переменных, связанных с эпизодом остановки сердца, наличие пальпируемого пульса во время СЛР повышала вероятность достижения устойчивого ROSC у пациентов в 4,36 раза по сравнению с отсутствием пальпируемого пульса [OR 4,36 (1,85 — 10,30)]. Наличие в/в катетера на момент CPA повышало вероятность восстановления устойчивого ROSC в 3,55 раза [OR 3,55 (1,31 — 9,61)], и у пациентов вероятность восстановления устойчивого ROSC возрастала в 3,46 раза, если CPA происходил при свидетелях [OR 3,46 (1,27 — 9,46)].

Переменные, ассоциированные с выживаемостью до выписки

Из переменных, относящихся к госпиталю, количество персонала, участвующего в реанимационных мероприятиях, по-прежнему было обратно пропорционально с выживаемостью пациента до выписки из госпиталя, с каждым дополнительным человеком вероятность выживания уменьшалась в 0,65 раза [OR 0,65 (0,46 — 0,91)]. Из переменных, относящихся к животным, кошки доживали до выписки в 4,87 раза чаще, чем собаки [OR 4,87 (1,52 — 15,58)], а пациентов анестезиологического отделения выписывали в 14,82 раза чаще после CPA по сравнению с пациентами любого другого отделения [OR 14,82 (3,91 — 56,17)].

 

Обсуждение

 

В данном исследовании у 46% пациентов с СЛР удалось добиться ROSC, что сравнимо с предыдущими ветеринарными исследованиями на эту тему, в которых отмечалось ROSC у 28–60% собак и у 42–44% кошек, а также с данными об уровне ROSC вплоть до 53% для пациентов-людей, у которых произошла внутригоспитальная остановка сердца [3, 4, 16–18]. По сравнению с ранее опубликованными ветеринарными исследованиями, изучавшими факторы, связанные с исходом у пациентов после СЛР, в этом исследовании были подтверждены многие факторы [2–4]. Они включают более высокий уровень ROSC для пациентов, у которых CPA произошла при свидетелях, у которых на момент остановки сердца был установлен в/в катетер и у которых во время СЛР регистрировался пальпируемый пульс [2]. Более высокие шансы на выживание до выписки из госпиталя были также у пациентов, у которых остановка сердца произошла во время анестезии, и о которой сообщалось ранее [3, 4]. В отличие от предыдущих исследований, в нашем исследовании у кошек и пациентов с меньшим весом была выше вероятность достижения какого-либо ROSC, а кошки с большей вероятностью доживали до выписки из госпиталя. Ранее сообщалось о том, что большее количество персонала, задействованного в реанимационных мероприятиях, связано с лучшим исходом у кошек. Однако в нашем исследовании мы обнаружили, что вероятность достижения ROSC и выживаемости для обоих видов животных ниже, если в СЛР участвует большое количество людей [4]. В заключение, в настоящем исследовании CPA, произошедшая в ночное время, была связана с неблагоприятным исходом у пациента, а присутствие DACVECC во время СЛР повышало вероятность достижения какого-либо ROSC. Эти данные отличаются от результатов предыдущего исследования, проводившегося в нашем учреждении [2].

Переменные, относящиеся к госпиталю

В данном исследовании было обнаружено снижение вероятности достижения какого-либо ROSC и устойчивого ROSC у пациентов, у которых CPA произошла между 7 часами вечера и 7 часами утра. Это согласуется с данными исследований гуманной медицины, показавшими снижение уровня выживаемости у взрослых и педиатрических пациентов, у которых произошла внутрибольничная остановка сердца ночью или в выходные [19–21]. Влияние времени возникновения CPA на исход у пациента был продемонстрирован в нашем исследовании даже после контроля таких переменных, как уровень медицинского образования врача, руководящего СЛР; количество участвующего персонала; медицинские вмешательства, проведённые на момент остановки сердца; ОС при свидетелях; время до применения жизнеспасающих препаратов, которое может быть оптимизировано в дневное время. Переменные, которые не были учтены, но которые гипотетически могут объяснить ухудшение исходов у людей в нерабочее время, включают в себя изменения в комплектации смен персоналом в нерабочее время, изменения в паттернах наблюдения за пациентом, ухудшение психомоторных навыков у медицинских работников в ночное время, так же как различия в исполнении BLS. Вероятно, что эти же факторы вносят вклад к разнице в исходах СЛР, связанной со временем, и в ветеринарии [20, 21].

Наши текущие находки отличаются от предыдущего исследования, проводившегося в нашем учреждении, в котором у пациентов наблюдался более высокий уровень ROSC, если CPA происходила с 7 часов вечера до 7 часов утра. На тот момент это наблюдение связали с тем, что в дневное время в госпиталь направлялись пациенты с более тяжёлыми случаями [2]. Интересно, что в текущем исследовании, CPA, происходившая в дневное время, была связана только с более высокими шансами достижения ROSC, но не с более высокими шансами на выживание до выписки из госпиталя. Загруженность отделения неотложной помощи в нашем госпитале возросла с момента первого исследования, в дневное время поступает больше первичных пациентов, а в ночное продолжают поступать тяжёлые пациенты, направленные от других врачей. Дополнительно на данный момент ночные смены (с 7 часов вечера до 7 часов утра) лучше укомплектованы опытными клиницистами, по сравнению с предыдущим исследованием. Возможно, это внесло вклад в изменение временных паттернов исхода у пациента и даёт возможность предполагать, что, несмотря на то что проведение СЛР кажется более успешным в дневные часы, выживаемость до выписки из госпиталя является более точным отражением тяжести болезни, чем результаты проведения СЛР. Было бы полезно иметь оценку тяжести болезни в баллах для большей части пациентов, чтобы сравнить популяцию пациентов, госпитализированных в дневное и в ночное время, а также с популяцией пациентов, исследовавшейся в прошлой работе.

При оценке других переменных, включая время возникновения остановки сердца, мы обнаружили, что присутствие дипломанта ACVECC было ассоциировано с более высокими шансами на достижения какого-либо ROSC в статистической модели, учитывающей пальпируемый пульс. В литературе по гуманной медицине представлены неоднозначные результаты влияния персонала с более высокой медицинской квалификацией в качестве ведущего врача СЛР на благоприятный исход для пациента [22–24]. Было высказано предположение, что любой человек, принимающий на себя роль руководителя группы для оптимизации задач и улучшения коммуникации во время реанимационных мероприятий, улучшает исход [25]. В нашем присутствии присутствие резидента ACVECC или интерна отделения скорой помощи не было связано с повышением шансов на достижение ROSC. В нашем институте дипломанты ACVECC являются врачами самой высокой категории, присутствующими в приёмном отделении или в отделении интенсивной терапии в каждую смену, и вероятно, что более опытные сотрудники легче принимают на себя лидирующую роль во время СЛР, в то время как от молодых врачей и техников требуется больше храбрости, чтобы взять на себя лидерство при отсутствии очевидного ведущего врача СЛР. И последнее — положительная связь присутствия DACVECC с ROSC не подтвердилась во всех оцениваемых статистических моделях, поэтому сила этой связи остаётся не до конца определённой.

На данный момент ни в гуманной, ни в ветеринарной медицине нет консенсуса относительно оптимального размера команды для проведения СЛР [26]. Среднее количество людей, присутствовавших в кабинете во время СЛР, в этом исследовании равнялось шести, а увеличение команды на одного дополнительного человека приводила к снижению шансов на достижение какого-либо ROSC или устойчивого ROSC на 20%, а также снижало шансы на выживаемость до выписки из госпиталя на 35%. Вполне вероятно, что для обеспечения быстрой и адекватной СЛР требуется минимальное количество людей. Но при исследовании внегоспитальной CPA у людей было показано, что у пациентов, реанимация которых проводилась командами из трёх и более парамедиков, были меньше шансы на выживание до выписки из госпиталя по сравнению с пациентами, с которыми работала бригада из двух человек [27]. Два исследования с высококачественным моделированием на манекенах не показали значимой разницы в проведении СЛР между реанимационными бригадами, состоящими из двух, трёх или четырёх человек, или между командами из трёх или шести человек, но авторы предполагают, что на эффективность BLS могут негативно влиять и отвлекать мероприятия, связанные с ALS [25, 28]. Вероятно, что количество персонала увеличивается, если у животного проводится длительная СЛР, поскольку со временем приходит больше сотрудников, чтобы помочь. Дополнительно к этому, сложными госпитализированными пациентами с более тяжёлыми заболеваниями занимается несколько отделений для обеспечения медицинской помощи. Соответственно в таких случаях более вероятно, что в реанимационных мероприятиях будет участвовать большее количество людей. Напротив, предыдущее ветеринарное исследование показало улучшение показателей ROSC для кошек, если в реанимационные мероприятия было включено большее количество людей [4]. Это было старое исследование, проводившееся до принятия методических рекомендаций RECOVER, поэтому возможность прямого сравнения с текущим исследованием ограничена.

Переменные, относящиеся к животным

У кошек шансы на достижение ROSC были больше, чем у собак, а шансы на выживание до выписки из госпиталя в некоторых моделях были больше в 5 раз. В нашем исследовании контролировался тот факт, что у кошек чаще, чем у собак, случалась CPA во время общей анестезии, но не контролировалась степень тяжести подлежащей болезни, поэтому возможно, что кошки, включённые в данное исследование, были менее тяжело больны, чем собаки, что может объяснить большие шансы на выживание. Более высокие шансы какого-либо ROSC у кошек можно объяснить более гибкой грудной стенкой, из-за которой использование механизма сердечного насоса для обеспечения кровотока и улучшения кровотока становится более эффективным. Для обоснования этой гипотезы было бы полезно сравнить эти находки с оценкой тяжести болезни в баллах или со значениями EtCO2. Также была найдена значимая связь между весом пациента и достижением какого-либо ROSC. Каждый дополнительный килограмм массы тела пациента снижал шансы ROSC на 3%. Эти данные отличаются от результатов предыдущего исследования, в котором не получилось продемонстрировать связь между весом пациента и исходом CPA [2, 3]. Вероятно, что так же, как и в случае с пациентами-кошками, гибкость грудной стенки выше у пациентов с более низкой массой тела, что делает компрессию грудной клетки более эффективной. Это преимущество не могло быть продемонстрировано в более ранних исследованиях из-за разнородности осуществления BLS до публикации методических рекомендаций RECOVERY.

В этом исследовании у пациентов анестезиологического отделения шансы на выживание до выписки из госпиталя были в 15 раз выше, чем у остальной популяции пациентов. Хотим заметить, что в данном исследовании категория «остановка сердца во время анестезии» была обширной и включала животных, седированных для минимально инвазивных или диагностических процедур. Когда животные, находившиеся под общей анестезией на момент CPA, оценивались отдельно, у них не было обнаружено более высоких результатов по ROSC или выживаемости до выписки из госпиталя. Ранее сообщалось, что пациенты, пострадавшие от CPA из-за последствий относительной или абсолютной передозировки препаратов, включая седативные средства или средства для анестезии, имеет более высокие шансы на достижение ROSC или выживания до выписки из госпиталя. В нашем исследовании мы смогли подтвердить данные, касающиеся более высоких шансов на выживание до выписки из госпиталя [2–4]. Ранее была выдвинута гипотеза о том, что пациенты, у которых CPA произошла во время анестезии, были не так тяжело больны, как остальная популяция пациентов. С учётом этого, мы выяснили, что более высокие шансы на благоприятный исход у пациента сохраняются даже после контролирования таких переменных, как наличие оборудования для мониторинга у пациента заранее, что, вероятно, позволяет ускорить время начала СЛР и оптимизировать BLS, поэтому результаты текущего исследования поддерживают эту гипотезу.

Переменные, относящиеся к остановке сердца

Из переменных, связанных с эпизодом остановки сердца, только наличие в/в катетера было ассоциировано с более высокими шансами на достижение какого-либо ROSC и устойчивого ROSC, но не с шансами на выживание до выписки из госпиталя. Эти данные согласуются с результатами предыдущего ветеринарного исследования, показавшего, что наличие в/в катетера было статистически значимо связано с устойчивым ROSC у собак и кошек [2]. Сложно определить причины, по которым наличие в/в катетера во время ОС ведёт к улучшению исхода у пациента. Ранее выдвигалась гипотеза, что наличие в/в катетера ведёт к более раннему введению жизнеспасающих препаратов или внутривенных жидкостей, тем не менее в данном исследовании наличие в/в катетера оставалось связано с улучшением исхода у пациента даже после контроля за разным временем введения атропина или эпинефрина, то есть за переменной, которая сама по себе не была связана с повышением процента достижения ROSC [2]. У людей было показано, что незамедлительное введение некоторых антиаритмических препаратов ассоциировано с повышением процента достижения ROSC, но не с вероятностью выживания до выписки из госпиталя. В то время было доказано, что BLS высокого качества, непрерывная компрессия грудной клетки и ранняя дефибрилляция повышают шансы пациента на выживание [29]. Венозный доступ сложно получить при сниженном кровотоке, поэтому возможно, что наличие в/в катетера позволяет реанимационной бригаде сосредоточиться на более важных аспектах BLS и ALS вместо того, чтобы терять ценное время на попытки установки в/в катетера.

У большинства пациентов в данном исследовании эпизод CPA происходил при свидетелях, и при этом условии шансы на достижение какого-либо ROSC или устойчивого ROSC были примерно в 3,5 раза выше, чем у пациентов, у которых CPA происходила без свидетелей. При этом у пациентов, у которых произошла CPA при свидетелях, не были значимо повышены шансы на выживание до выписки из госпиталя. При внутригоспитальной CPA (IHCA) по сравнению с внегоспитальной CPA (OHCA) шансы на достижение какого-либо ROSC или устойчивого ROSC не были выше, по данным текущего исследования. И наконец, влияние на выживание пациента до выписки из госпиталя при сравнении IHCA и OHCA нельзя оценить в многомерной модели логистической регрессии, поскольку ни один пациент с OHCA не дожил до выписки.

У людей исходы при IHCA и OHCA значительно различаются — по последним данным выживание при OHCA увеличилось до 10,4%, по сравнению с выживанием при IHCA, которое по сообщающимся данным находится в пределах 34% [30–32]. По всей видимости, часть этих различий можно объяснить более коротким временем начала СЛР, когда пациент уже находится в больнице, фактор, положительный эффект которого на выживание пациента в случае как IHCA, так и OHCA, неоднократно показывали исследования [33–36]. Более короткое время начала СЛР, вероятно, является причиной, по которой в данном исследовании у пациентов с CPA, происходившей при свидетелях, были выше шансы на достижение ROSC. Интересно, что эпизоды ОС, происходившие при свидетелях, вели к более высоким шансам на достижение ROSC, но не к более высокому проценту выживания до выписки из госпиталя, эти результаты могут отражать как тяжесть подлежащей болезни пациента, так и желание владельцев провести эвтаназию.

В отличие от медицины человека, предгоспитальная СЛР непрофессионалами или службами скорой помощи очень редко встречается в ветеринарной медицине и большинству ветеринарных пациентов с OHCA не будет проведена СЛР до их поступления в ветеринарную клинику, даже если эпизод CPA происходил при владельцах. Поэтому разница между IHCA и OHCA говорит, скорее, не о качестве проведения СЛР в двух разных ситуациях, а о времени начала СЛР. Учитывая важность скорейшего начала BLS для благоприятного исхода у пациента, ветеринарная популяция с IHCA сходна с популяцией пациентов, у которых остановка сердца произошла при свидетелях, поскольку в ветеринарной клинике СЛР может быть начата раньше. Тот факт, что ни один пациент с OHCA не дожил до выписки из госпиталя, скорее всего, является отражением того факта, что у пациентов с CPA, произошедшей при свидетелях, были более высокие шансы на ROSC, благодаря быстрому началу СЛР, как описано выше.

У пациентов с пальпируемым пульсом во время СЛР были значительно выше шансы на достижение какого-либо ROSC и устойчивого ROSC по сравнению с пациентами, у которых не удавалось создать пальпируемый пульс с помощью компрессии грудной стенки. В ранних методических рекомендациях по СЛР для людей пальпация пульса на бедренной артерии было часто рекомендуемой практикой для оценки эффективности внешней компрессии грудной клетки, считалось, что пальпируемый пульс является показателем адекватного антеградного артериального тока крови [37, 38]. С тех пор было доказано, что во время СЛР может происходить ретроградное опустошение правого предсердия, и пальпация бедренного пульса может говорить о ретроградном токе венозной крови, а не об антеградном токе артериальной, как ожидалось [38–40]. Таким образом, в нашей работе пальпируемый пульс в исследуемой популяции может говорить как об адекватном антеградном токе артериальной крови, так и ретроградном венозном токе крови. Тем не менее, если в большинстве случаев был ретроградный венозный ток крови, то ожидается, что сердечный выброс будет значительно снижен, и в этом случае положительная связь с достижением ROSC будет маловероятна. Поэтому более вероятно, что положительная связь пальпации пульса с достижением ROSC в обоих исследованиях, этом и предыдущей работой нашего института, является показателем адекватного прямого тока крови у популяции наших пациентов [2]. Мониторинг EtCO2 считается более объективной оценкой эффективности компрессии грудной стенки, и было бы полезно оценить, коррелируют ли значения EtCO2 и наличие пальпируемого пульса [13, 41]. И хотя в данном исследовании данные о EtCO2 собраны у 50% пациентов (109/219), время получения значений EtCO2 и пальпации пульса, к сожалению, не было стандартизировано, что делает невозможным проведение описанного выше сравнения. Несмотря на эти ограничения, результаты нашей работы предполагают, что при отсутствии капнометра или капнографа для более объективного мониторинга, пальпируемость пульса может служить для оценки адекватности компрессии грудной клетки.

В данном исследовании при мультивариативном анализе время до введения жизнеспасающих препаратов не было связано с повышением шансов на достижение ROSC или на выживание до выписки из госпиталя. Следует отметить, что в статистический анализ было включено только время до введения эпинефрина и атропина, таким образом, нельзя сделать заключения, касающиеся значимости раннего введения реверсивных препаратов, внутривенных жидкостей или других классов препаратов. Наши данные поддерживают мысль о том, что для достижения ROSC первостепенное значение имеют меры BLS и что обеспечение своевременной вазопрессорной поддержки в условиях BLS высокого качества является вторичным. Тем не менее среднее время применения жизнеспасающих препаратов в нашем исследовании было коротким, 2 минуты, что отражает протокол раннего введения препаратов в нашем учреждении. Использование жизнеспасающих препаратов на отметке в 2 минуты после диагностики недефибриллируемого сердечного ритма на данный момент описано в методических рекомендациях RECOVER [1]. Поэтому возможно, что в нашей работе невозможно обнаружить потенциальный вредный эффект отсроченного введения препаратов и наше исследование нельзя интерпретировать как доказательства «за» отсрочку введения жизнеспасающих препаратов после диагностирования недефибриллируемого сердечного ритма.

 

Ограничения исследования и заключение

 

Несмотря на проспективный характер, у этого исследования есть ряд ограничений, большинство из которых присущи изучению СЛР. Значительная часть животных были доставлены в госпиталь в состоянии DOA (26%, 58/219) или у них произошла CPA вскоре после прибытия в госпиталь. У этих пациентов были доступны только ограниченные данные физикального осмотра или лабораторных исследований, что в большинстве случаев исключало возможность балльной оценки тяжести заболевания, например, по шкале APPLEfast, поэтому, к сожалению, нельзя было проконтролировать тяжесть подлежащего заболевания для включения этого показателя в логистические модели регрессии с несколькими переменными. Далее, несколько переменных, представляющих интерес и с потенциальным эффектом на исход у пациента, таких как время до СЛР, общее время реанимационных мероприятий, первый документированный ритм после ОС или самое высокое значение EtCO2 во время СЛР, нельзя было включить в статистические модели, как изначально было задумано, из-за большого количества отсутствующих данных, в то время как для других переменных некоторые значения врачи оценивали примерно, например, время от ОС до начала СЛР или вес пациента. Оба эти ограничения дополнительно влияют на оценку факторов, связанных с более высокими уровнями ROSC и выживания до выписки из госпиталя. В то время как все врачи, руководящие СЛР в этом исследовании, были знакомы с методическими рекомендациями RECOVER, проведение СЛР не было стандартизировано протоколом. Поскольку врачи заполняли формы с данными об СЛР после завершения реанимационных мероприятий, возможно, что информация, касающаяся эпизода СЛР или исходов у пациентов, была записана неточно или что на сообщённые результаты влияло теоретическое знание рекомендаций RECOVER. И наконец, проведение эвтаназии остаётся фактором, искажающим возможный исход у пациента и ещё больше ограничивающим и так небольшое число случаев, поскольку неизвестно, как много пациентов дожили бы до выписки из госпиталя после ROSC, если бы им была оказана медицинская помощь после CPA.

В целом в нашем госпитале факторы, связанные с достижением какого-либо и устойчивого ROSC и с выживанием до выписки из госпиталя, остались прежними после внедрения методических рекомендаций RECOVER в рутинную практику по сравнению с предыдущими публикациями. Эпизоды CPA, происходившие при свидетелях и в дневное время, были связаны с более благоприятными исходами у пациента, что подчёркивает важность уменьшения задержки между диагностированием CPA и началом СЛР, чтобы повысить успех реанимационных мероприятий. Кроме того, было высказано предположение о важности непрерывного и высококачественного BLS, поскольку у пациентов с пальпируемым пульсом во время компрессии грудной клетки и в/в катетером, установленным до эпизода CPA, результаты СЛР были лучше. И наконец, если у пациентов происходила CPA в анестезиологическом отделении (то есть во время анестезии), то у них шансы на достижение ROSC и выживание до выписки из госпиталя были значительно выше. Это подтверждает тот факт, что СЛР высокого качества должны проводиться у пациентов данной группы, поскольку у них есть высокие шансы пережить эпизод CPA, связанный с введением препаратов, использующихся для анестезии.


Заявление о доступности данных. Необработанные данные, полученные в этом исследовании, доступны любому квалифицированному учёному по запросу у соответствующего автора.

Этическое заявление. Для этого исследования на животных не были нужны этическая оценка и одобрение, поскольку методом исследования было наблюдение и работа не включала никаких вмешательств, которые могли бы изменить курс лечения для любого из животных в данном исследовании. СЛР проводилась на основании устного (в неотложных случаях) или письменного согласия владельца, и это исследование не влияло на проведение реанимационных мероприятий. С владельцев не брали письменного согласия на участие в исследовании, поскольку эта работа была исключительно наблюдательной по природе и не влияла на стандарт медицинской помощи при проведении СЛР, принятый в нашем институте. СЛР проводилась только по желанию владельца, и её проведение было основано на устном (в неотложных случаях) или письменном согласии владельца.

Вклад авторов. Кейт Хоппер (Kate Hopper) и Стивен Эпштейн (Steven E. Epstein) разработали дизайн исследования, создали опросник СЛР и критически пересмотрели рукопись. Сабрина Хоэн (Sabrina N. Hoehne) скомпилировала данные и написала рукопись. Статистический анализ проводился третьей стороной, и результаты интерпретировали Сабрина Хоэн, Кейт Хоппер и Стивен Эпштейн. Все авторы прочитали и одобрили финальную рукопись.

Конфликт интересов. Авторы заявляют, что это исследование проводилось в отсутствие любых коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы служить для потенциального конфликта интересов.


 

Литература

  1. Fletcher DJ, Boller M, Brainard BM, Haskins SC, Hopper K, McMichael MA, et al. RECOVER evidence and knowledge gap analysis on veterinary CPR. Part 7: clinical guidelines. J Veter Emerg Crit Care. (2012) 22:S102–31. doi: 10.1111/j.1476–4431.2012.00757.x.
  2. McIntyre RL, Hopper K, Epstein SE. Assessment of cardiopulmonary resuscitation in 121 dogs and 30 cats at a university teaching hospital (20092012). J Veter Emerg Crit Care. (2014) 24:693–704. doi: 10.1111/vec.12250.
  3. Kass PH, Haskins SC. Survival following cardiopulmonary resuscitation in dogs and cats. J Veter Emerg Crit Care. (1992) 2:57–65. doi: 10.1111/j.1476–4431.1992.tb00093.x.
  4. Hofmeister EH, Brainard BM, Egger CM, Kang S. Prognostic indicators for dogs and cats with cardiopulmonary arrest treated by cardiopulmonary cerebral resuscitation at a university teaching hospital. J Am Veter Med Assoc. (2009) 235:50–7. doi: 10.2460/javma.235.1.50.
  5. Cummins RO, Chamberlain DA, Abramson NS, Allen M, Baskett PJ, Becker L, et al. Recommended guidelines for uniform reporting of data from out-of-hospital cardiac arrest: the Utstein Style. A statement for health professionals from a task force of the American Heart Association, the European Resuscitation Council, the Heart and Stroke Foundation of Canada, and the Australian Resuscitation Council. Circulation. (1991) 84:96075. doi: 10.1161/01.CIR.84.2.960.
  6. Cummins RO, Chamberlain D, Hazinski MF, Nadkarni V, Kloeck W, Kramer E, et al. Recommended guidelines for reviewing, reporting, and conducting research on in-hospital resuscitation: The In-Hospital «Utstein Style» Ann Emerg Med. (1997) 29:650–79. doi: 10.1016/S0196-0644(97) 70256–7.
  7. Idris AH, Becker LB, Ornato JP, Hedges JR, Bircher NG, Chandra N, et al. Utstein-style guidelines for uniform reporting of laboratory CPR research. AnnEmergMed. (1996) 28:527–41.
  8. Dick WF, Baskett PJ, Grande C, Delooz H, Kloeck W, Lackner C, et al. Recommendations for uniform reporting of data following major trauma-the Utstein Style. An International Trauma Anaesthesia and Critical Care Society (ITACCS) initiative. Eur J Emerg Med. (1999) 6:36987. doi: 10.1093/oxfordjournals.bja.a013601.
  9. Zaritsky A, Nadkarni V, Hazinski MF, Foltin G, Quan L Wright J, et al. Recommended guidelines for uniform reporting of pediatric advanced life support: the pediatric utstein style. Circulation. (1995) 92:200620. doi: 10.1161/01.CIR.92.7.2006.
  10. Langhelle A, Nolan J, Herlitz J, Castren M, Wenzel V, Soreide E, et al. Recommended guidelines for reviewing, reporting, and conducting research on post-resuscitation care: the Utstein style. Resuscitation. (2005) 66:27183. doi: 10.1016/j.resuscitation.2005.06.005.
  11. Perkins GD, Jacobs IG, Nadkarni VM, Berg RA, Bhanji F, Biarent D, et al. Cardiac arrest and cardiopulmonary resuscitation outcome reports: update of the Utstein resuscitation registry templates for out-of-hospital cardiac arrest: a statement for healthcare professionals from a task force of the international liaison committee on resuscitation (American Heart Association, European Resuscitation Council, Australian and New Zealand Council on Resuscitation, Heart and Stroke Foundation of Canada, InterAmerican Heart Foundation, Resuscitation Council of Southern Africa, Resuscitation Council of Asia); and the American Heart Association Emergency Cardiovascular Care Committee and the Council on Cardiopulmonary, Critical Care, Perioperative and Resuscitation. Circulation. (2015) 132:1286–300. doi: 10.1161/CIR.0000000000 000144.
  12. Boller M, Fletcher DJ, Brainard BM, Haskins S, Hopper K, Nadkarni VM, et al. Utstein-style guidelines on uniform reporting ofin-hospital cardiopulmonary resuscitation in dogs and cats. A RECOVER statement. J Veter Emerg Crit Care. (2016) 26:11–34. doi: 10.1111/vec.12436.
  13. Hogen T, Cole SG, Drobatz KJ. Evaluation of end-tidal carbon dioxide as a predictor of return of spontaneous circulation in dogs and cats undergoing cardiopulmonary resuscitation. J Veter Emerg Crit Care. (2018) 28:398407. doi: 10.1111/vec.12755.
  14. Jacobs I, Nadkarni V, and the ILCOR Task Force on Cardiac Arrest and Cardiopulmonary Resuscitation Outcomes. Cardiac arrest and cardiopulmonary resuscitation outcome reports. Circulation. (2004) 110:3385–97. doi: 10.1161/01.CIR.0000147236.85306.15.
  15. R Core Team. R: A Language and Environment for Statistical Computing. R Foundation for Statistical Computing, Vienna, Austria (2017). Available online at: http://www.R-project.org/
  16. Wingfield WE, Van DP. Respiratory and cardiopulmonary arrest in dogs and cats: 265 cases (1986-1991). J Am Vet Med Assoc. (1992) 200:1993–6.
  17. Buckley GJ, Rozanski EA, Rush JE. Randomized, blinded comparison of epinephrine and vasopressin for treatment of naturally occurring cardiopulmonary arrest in dogs. J Vet Intern Med. (2011) 25:133440. doi: 10.1111/j.1939–1676.2011.00802.x.
  18. Kilgannon JH, Kirchhoff M, Pierce L, Aunchman N, Trzeciak S, Roberts BW. Association between chest compression rates and clinical outcomes following in-hospital cardiac arrest at an academic tertiary hospital. Resuscitation. (2017) 110:154–61. doi: 10.1016/j.resuscitation.2016.09.015.
  19. Bhanji F, Topjian AA, Nadkarni VM, Praestgaard AH, Hunt EA, Cheng A, et al. Survival rates following pediatric in-hospital cardiac arrests during nights and weekends. JAMA Pediatr. (2017) 171:3945. doi: 10.1001/jamapediatrics.2016.2535.
  20. Peberdy MA, Ornato JP, Larkin GL, Braithwaite RS, Kashner TM, Carey SM, et al. Survival from in-hospital cardiac arrest during nights and weekends. JAMA. (2008) 299:785–92. doi: 10.1001/jama.299.7.785.
  21. Ofoma UR, Basnet S, Berger A, Kirchner HL, Girotra S, Abella B, et al. Trends in survival after in-hospital cardiac arrest during nights and weekends. J Am Coll Cardiol. (2018) 71:402–11. doi: 10.1016/j.jacc.2017. 11.043.
  22. Hagihara A, Hasegawa M, Abe T, Nagata T, Nabeshima Y. Physician presence in an ambulance car is associated with increased survival in out- of-hospital cardiac arrest: a prospective cohort analysis. PLoS ONE. (2014) 9:e84424. doi: 10.1371/journal.pone.0084424.
  23. von Vopelius-Feldt J, Coulter A, Benger J. The impact of a pre-hospital critical care team on survival from out-of-hospital cardiac arrest. Resuscitation. (2015) 96:290–5. doi: 10.1016/j.resuscitation.2015.08.020.
  24. Olasveengen TM, Lund-Kordahl I, Steen PA, Sunde K. Out- of hospital advanced life support with or without a physician: effects on quality of CPR and outcome. Resuscitation. (2009) 80:1248–52. doi: 10.1016/j.resuscitation.2009.07.018.
  25. Hunziker S, Johansson AC, Tschan F, Semmer NK, Rock L, Howell MD, Marsch S. Teamwork and leadership in cardiopulmonary resuscitation. J Am College Cardiol. (2011) 57:2381–8. doi: 10.1016/j.jacc.2011.03.017.
  26. McMichael M, Herring J, Fletcher DJ, Boller M. RECOVER evidence and knowledge gap analysis on veterinary CPR. Part 2: preparedness and prevention. J Veter Emerg Crit Care. (2012) 22:S13–25. doi: 10.1111/j. 1476–4431.2012.00752.x.
  27. Eschmann NM, Pirrallo RG, Aufderheide TP, Lerner EB. The association between emergency medical services staffing patterns and out-of-hospital cardiac arrest survival. Prehos Emerg Care. (2010) 14:71–7. doi: 10.3109/10903120903349820.
  28. Martin-Gill C, Guyette FX, Rittenberger JC. Effect of crew size on objective measures of resuscitation for out-of-hospital cardiac arrest. Prehos Emerg Care. (2010) 14:229–34. doi: 10.3109/10903120903572293.
  29. Link Mark S, Berkow Lauren C, Kudenchuk Peter J, Halperin Henry R, Hess Erik P, Moitra Vivek K, et al. Part 7: adult advanced cardiovascular life support. Circulation. (2015) 132:S444–64. doi: 10.1161/CIR.000000000 0000261.
  30. Daya MR, Schmicker RH, Zive DM, Rea TD, Nichol G, Buick JE, et al. Out- of-hospital cardiac arrest survival improving over time: Results from the Resuscitation Outcomes Consortium (ROC). Resuscitation. (2015) 91:10815. doi: 10.1016/j.resuscitation.2015.02.003.
  31. Peberdy MA, Kaye W, Ornato JP, Larkin GL, Nadkarni V, Mancini ME, et al. Cardiopulmonary resuscitation of adults in the hospital: a report of 14720 cardiac arrests from the National Registry of Cardiopulmonary Resuscitation. Resuscitation. (2003) 58:297–308. doi: 10.1016/S0300-9572(03)00215–6.
  32. Larkin GL, Copes WS, Nathanson BH, Kaye W. Pre-resuscitation factors associated with mortality in 49,130 cases of in-hospital cardiac arrest: a report from the National Registry for Cardiopulmonary Resuscitation. Resuscitation. (2010) 81:302–11. doi: 10.1016/j.resuscitation.2009.11.021.
  33. Weaver W, Cobb L, Hallstrom A, Fahrenbruch C, Copass M, Ray R. Factors influencing survival after out-of-hospital cardiac-arrest. J Am Coll Cardiol. (1986) 7:752–7. doi: 10.1016/S0735–1097(86)80332–1.
  34. Cummins R, Eisenberg M, Hallstrom A, Litwin P. Survival of out-of-hospital cardiac-arrest with early initiation of cardiopulmonary resuscitation. Am J EmergMed. (1985) 3:114–9. doi: 10.1016/0735-6757(85)90032–4.
  35. Hasselqvist-Ax I, Riva G, Herlitz J, Rosenqvist M, Hollenberg J, Nordberg P, et al. Early cardiopulmonary resuscitation in out-of-hospital cardiac arrest. N EngJMed. (2015) 372:2307–15. doi: 10.1056/NEJMoa1405796.
  36. Herlitz J, Bang A, Alsen B, Aune S. Characteristics and outcome among patients suffering from in hospital cardiac arrest in relation to the interval between collapse and start of CPR. Resuscitation. (2002) 53:217. doi: 10.1016/S0300-9572(01)00485–3.
  37. Standards and guidelines for Cardiopulmonary Resuscitation (CPR) and Emergency Cardiac Care (ECC). JAMA. (1986) 255:2905–89. doi: 10.1001/jama.1986.03370210073024.
  38. Connick M, Berg RA. Femoral venous pulsations during open-chest cardiac massage. Ann Emerg Med. (1994) 24:11769. doi: 10.1016/S0196–0644(94)70251–9.
  39. Werner JA, Greene HL, Janko CL, Cobb LA. Visualization of cardiac valve motion in man during external chest compression using two-dimensional echocardiography. Implications regarding the mechanism of blood flow. Circulation. (1981) 63:1417–21. doi: 10.1161/01.CIR.63.6.1417.
  40. Niemann JT, Rosborough JP, Hausknecht M, Garner D, Criley JM. Pressure- synchronized cineangiography during experimental cardiopulmonary resuscitation. Circulation. (1981) 64:985–91. doi: 10.1161/01.CIR.64.5.985.
  41. Kern KB, Sanders AB, Voorhees WD, Babbs CF, Tacker WA, Ewy GA. Changes in expired end-tidal carbon dioxide during cardiopulmonary resuscitation in dogs: a prognostic guide for resuscitation efforts. J Am College Cardiol. (1989) 13:1184–9. doi: 10.1016/0735–1097(89)90282–9.

 

 

Источник: journal Frontiers in Veterinary Science, 6:384, doi: 10.3389/fvets.2019.00384.
Copyright © 2019 Hoehne, Epstein and Hopper. This is an open-access article distributed under the terms of the Creative Commons Attribution License (CC BY). The use, distribution or reproduction in other forums is permitted, provided the original author(s) and the copyright owner(s) are credited and that the original publication in this journal is cited, in accordance with accepted academic practice. No use, distribution or reproduction is permitted which does not comply with these terms.

 

 

СВМ № 2/2020

 

 

Теги

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Подписка на новости

Нажимая на кнопку «Подписаться на новости», я даю согласие на обработку персональных данных
  • Я согласен с политикой конфиденциальности
Close